Чего нельзя было сказать про убийцу Паджхэма: верзила ворвался следом в крытый рынок.

Заставляя ноги шевелиться быстрее, Эди побежала по пустынному проходу. Все магазины были закрыты, в темных витринах висели рождественские украшения. «Корм для домашних животных». «Бытовая техника». «Ювелирные украшения». «Кожаные изделия». Вывески мелькали расплывчатыми пятнами.

Услышав за спиной тяжелые шаги, она в отчаянии ухватила стенд с открытками, стоящий у двери закрытого сувенирного магазина и рывком швырнула его на пол, рассыпая открытки. Воздвигнув баррикаду, устремилась дальше.

Через мгновение послышалось сдавленное ругательство, затем грохот. Судя по всему, убийца поскользнулся на открытке.

Хорошо. Хотелось надеяться, что ублюдок свернул себе шею.

Увидев впереди ощипанных и выпотрошенных птиц, подвешенных к потолку, Эди побежала в ту сторону, резко сворачивая к мясному магазину. Перемена курса привела ее в другой проход, ярко освещенный. Здесь магазины уже открылись — бакалея, овощной магазин, кафе. Однако покупателей было еще мало, и они не обращали никакого внимания на пробегающую мимо растрепанную женщину.

Эди смутно ощущала тошнотворное смешение запахов — сыр, молотый кофе, сырое мясо. Сотни ароматов слились в один неповторимый смрад. Раскрыв рот, она жадно глотнула воздух.

И наткнулась прямо на прыщавого юнца с татуировкой, несущего деревянный ящик с мороженой рыбой.

— Глупая корова! — взревел парень.

Сверкающие рыбины и куски льда взлетели в воздух, осыпав ему голову и плечи. Тотчас же последовало длинное выразительное ругательство.

С трудом удержавшись после столкновения на ногах, Эди пробормотала слова извинения и побежала дальше. Силы покидали ее, мышцы ног протестующе ныли при каждом шаге. И ей не нужно было оглядываться, чтобы знать, что убийца быстро настигает ее, ликвидируя то небольшое отставание, которое было вызвано столкновением с помощником торговца рыбой.

В десяти шагах впереди Эди увидела выход, засов на стальной двери навел ее на мысль, что он предназначен только для экстренных ситуаций. Не имея выбора, она устремилась вперед и, ударив ладонями по засову, что есть силы толкнула дверь.

Дверь распахнулась настежь.

Через мгновение Эди оказалась в узком переулке. Оглянувшись, она увидела, что вокруг ни души — только несколько грузовых машин.

— Даже не надейся, сучка!

Услышав это приказание, произнесенное скрежещущим голосом, Эди порывисто обернулась. Не успела она раскрыть рот, чтобы закричать, как убийца зажал ей рот ладонью, хватая за волосы, и одним мощным рывком привлек ее к себе.

С размаха уткнувшись ему в грудь, Эди попыталась высвободиться. Предвидя ее движение, убийца отпустил волосы и железной хваткой стиснул ее запястья. Злобно ухмыляясь, он поднял руки Эди над головой, заставляя ее привстать на цыпочки. Не имея в запасе других средств самообороны, она попыталась укусить руку, зажимавшую ей рот. Продолжая ухмыляться, убийца впихнул ее между двумя грузовиками, толкнув спиной на стену из известняка и полностью скрыв из вида.

Эди попробовала нанести удар коленом, но обнаружила, что не может пошевелить нижней половиной своего тела: убийца плотно прижался к ней бедрами.

О господи! Она была начисто лишена возможности двигаться, втиснутая в стену.

— У меня есть для тебя маленький подарок, — прошептал верзила, грубо проводя своим телом вверх и вниз по ее паху. — Очень мило, ты не находишь?

Эди посмотрела ему в лицо, замечая густую тень щетины, растопыренные ноздри, толстые губы, замечая все и вся в отчаянной попытке удержать его от того, что он намеревался сделать.

Продолжая тереться бедрами о ее тело, убийца облизал ей лицо, проведя языком от подбородка до виска:

— Девочка, сейчас я разорву тебя пополам.

Словно соль на рану, у Эди перед глазами промелькнули воспоминания из далекого прошлого.

Ужас стремительно перешел в ярость.

На этот раз она будет сражаться! Не может быть и речи о том, что она позволит этому животному взять ее силой.

Вырываясь, брыкаясь, Эди делала все возможное, чтобы освободиться. Но это было все равно что сражаться с чудовищным псом-дьяволом Цербером.

— Сука, не хочешь по-хорошему? — прорычал убийца. — Что ж, ты об этом пожалеешь.

Запоздало осознав, что своим сопротивлением она только возбуждает его, Эди затихла.

И тотчас же он перестал об нее тереться.

— Долбаная сучка! — У него на висках вздулись переплетенные вены, готовые вот-вот лопнуть.

Почувствовав, как у бандита обмяк член, Эди презрительно фыркнула ему в ладонь. Несостоявшийся насильник оторвал руку от ее рта и, стиснув кулак, собрался нанести удар.

Закрыв глаза, Эди приготовилась к неизбежному, уверенная в том, что этот удар сокрушит ей кости.