Женщина стала собираться из кусков, даже тех, которых в могиле не было, и я это чувствовала. Сила воссоздала ее идеально целой, и что-то ухватило меня за руки из земли, и я вытащила это из могилы.

Она восстала, белокурая, одетая в белое, лицо идеально накрашено. И только синие глаза были пусты, и еще нужна была сила, чтобы их наполнить. Коснувшись еще текущей из шеи Сайласа крови, я помазала губы Ильзы Беннингтон. Она заморгала, высунулся изящный язычок и облизал кровь. Облизнувшись, она заморгала вновь — и вдруг вернулась в себя.

Она посмотрела на могилу, на меня, на тело — и закричала. Подскочил Тони Беннингтон, отвел ее от могилы, утешая, уговаривая, а она спрашивала:

— Почему мы здесь? Это мертвец? Тони, что случилось?

Он повел мертвую жену прочь от могилы, но сила, рожденная смертью Сайласа, еще присутствовала, еще была во мне, и теперь, когда зомби был поднят, сила снова билась во мне. Она пульсировала, гудела в костях — никогда я такого не чувствовала. Я упала на могилу, извиваясь от боли. Сила требовала действия. Как будто мощь некроманта во мне стала ближе к зверям, к ardeur'y, как будто у нее была собственная воля, и эта воля требовала мертвецов.

Ники опустился на землю рядом со мной:

— Что такое, Анита?

— Слишком много силы от этой смерти для всего одного зомби. Слишком много.

— Мы на кладбище. Почему не поднять еще?

Я посмотрела на него и подумала: а правда, почему нет?

Встав на колени, я приложила ладони к земле и знала, чего хочет освобожденная сила. Точно знала, что мне с ней делать.

Упираясь руками в могилу, я бросила силу вниз и наружу. Шире, шире, неумолимо расходящимся кругом, и наконец коснулась каждой могилы, каждого тела, и тогда воззвала:

— Восстаньте, придите ко мне. Восстаньте!

— Нет! — воскликнула Эллен, но было поздно.

Земля шевельнулась, будто в легком землетрясении, и поползли зомби из могил, и были их сотни и сотни, но даже такая огромная сила не могла их поднять в том виде, в каком я подняла жену Беннингтона. Они гнили, рассыпались на ходу, вылезая из земли.

Сила ударила в круг Эллен и разбила его вдребезги. Вдруг я ощутила Жан-Клода и куда ближе, чем в двух часах пути. Все мои связи внезапно включились, и я чувствовала, осязала, обоняла своих мужчин. Они все были живы и здоровы, и некоторые уже в пути. Они шли по следу, но сейчас я зажгла для них метафизический сигнальный костер.

Но тут заорал Джейкоб:

— Ах ты ж дура, ведьма! Ты не только ее экранировала от ее мужчин, ты меня от моих парней отрезала! Их уже несколько часов как поймали!

Он ударил ее так, что она полетела на землю, вертясь, и замерла неподвижно, а он нечленораздельно заорал от злости, подняв голову к небу.

Ильза Беннингтон билась в истерике, но Беннингтон продолжал ее уговаривать, и наконец крики ее стали тише. Она бормотала:

— Уроды, боже мой, какие уроды! Пойдем домой, Тони, пойдем домой!

Беннингтон двинулся в путь по кладбищу под взглядами мертвецов, Джейкоб его окликнул:

— Беннингтон, ваша жена с вами, как вы просили.

— Да, совершенно так, как я просил.

— Переведите тогда остаток средств.

— Как только доставлю ее домой без приключений.

— Трое моих ребят схвачены. Один убит, еще один для меня потерян. Я только что ударил Эллен так, как никогда не бил женщину. Переводите сейчас, черт бы все побрал.

В его голосе слышался намек на рычание.

Беннингтон был возмущен, но еще и слегка испуган. Может быть, Джейкобом, а может быть, таким обилием зомби. Сейчас на этом кладбище было чего бояться.

Достав телефон из дорогого костюма, Беннингтон позвонил.

— Деньги должны быть на вашем счету.

Джейкоб достал свой телефон и проверил. Потом кивнул:

— Да, поступили на счет. Ведите жену домой.

И они пошли среди безмолвных внимательных мертвецов.

— Все хорошо, Ильза, — говорил он ей. — Не бойся.

— Ты получил свои деньги, — сказала я Джейкобу.

— Да, — ответил он.

— Она начнет гнить, Джейкоб. Даже при такой силе она не продержится. Не может, потому что она зомби, и как бы хорошо ни выглядела сейчас, долго это не протянется.

— Ты уверена?

— Абсолютно. И как поступит человек вроде Тони Беннингтона, когда его игривая жена забудет, что она жива, и станет разлагаться?

— Позовет копов, — сказал Никки.

— Или наймет кого-нибудь еще дороже на охоту за вами. И убьет моих игривых мальчиков, раз не может сохранить при себе свою игривую девочку.