– Мне Александра Васильевича…

Этот поздний визит Лешки напугал Ксюху. Она раздумывала, открывать ли ему? Видно, менты еще не побывали у него дома, иначе бы он сейчас не стоял перед ее дверью, а корчился с отбитыми почками на нарах. Но раз он пришел, значит, не знает про нож. Хотя вид у него какой-то возбужденный… Она открыла дверь. Открыла, сама не понимая, для чего. На худой конец можно было притвориться будто не услышала звонка. Легла спать. И вообще, чего ему надо? Скорее всего этот вопрос и заставил ее отпереть замки.

– Зачем ты пришел так поздно? – спросила она, напрочь забыв об элементарном гостеприимстве.

Но он вошел без приглашения. Ксюха и глазом не успела моргнуть, а он прошмыгнул мимо нее сразу в комнату. Она быстро закрыла дверь, побежала следом.

Из расстегнутой сумки торчал обрез.

– Разве ты мне не рада? – Он нарочно улыбался, видел, что она злится. – Думала, я уже в ментовке?

Она попыталась изобразить непонимание.

– Леша, ты что? – И смотрела на него такими невинными глазами, что Лешка уже готов был поверить во что угодно. Даже в то, что менты сами подкинули ему тесак, чтобы навесить на него убийство их коллеги. И, возможно, поверил бы ей, если б…

Он вышел неожиданно. Так, во всяком случае, казалось ему. Но не Лешке. Лешка ждал, он уже догадывался и, увидев его, мигом выхватил из сумки заряженный обрез. Послышался металлический щелчок курков.

Возле двери, ведущей в другую комнату, стоял парень такого же, как и Лешка, роста, в спортивных брюках и майке. Широкие плечи. Накачанные мускулы. С таким попробуй схлестнись врукопашную, особенно когда в руке у него здоровенный кухонный нож. Им он поигрывал, будто собирался напасть.

Вид направленных стволов заставил его остаться на месте. И только глаза у маньяка сверкали, этим блеском выдавая затаенное желание убивать.

Теперь они двое. Друг против друга. Между ними Ксюха.

– Ну зачем, зачем ты вышел? Ведь я тебе не велела выходить. Я бы все как-нибудь уладила. – Ее лицо было испуганным. Как вести себя? У одного в руке обрез. У другого нож. И тот, и другой могут прикончить ее.

– уладила? Как? Опять через постель? – ухмыльнулся парень с ножом, не сводя с Лешки глаз, как бы выбирая удачный момент, чтобы ударить.

– Скотина! – тихо проговорила Ксюха. – Ведь я это делала для тебя. Чтобы спасти твою шкуру. А теперь ты же меня и попрекаешь. Вот она, мужская благодарность. – И Ксюха обреченно опустила голову, словно подставляя ее под топор палача.

Лешку переполняла обида. Вот, стало быть, для кого она это сделала. Убийца он. Она любит убийцу. Но чем он лучше его, Лешки?

– Здорово сработано, – сказал Лешка.

А парень с ножом оскалился в злой улыбке.

– Тебе нравится? – спросил он.

Не обращая внимания на его вопрос, Лешка продолжил:

– Теперь я понимаю, зачем ты меня откопала из могилы. Хорошая задумка. Чтобы в нужный момент подставить меня как убийцу всех тех, кого прикончил он своим ножом. Подождала, пока я доберусь до Маная.

Теперь парень рассмеялся.

– А зачем ты еще нужен? Ведь тебя все равно или менты загребут, или за убийство авторитета бандиты грохнут…

– Так, значит? А вы свой приговор вынесли мне? – Лешка посмотрел на Ксюху. Все пытался заглянуть ей в глаза, но Ксюха не поднимала головы. Стояла, молчала и прятала глаза от него.

– Эх, – Лешка помотал головой, поражаясь коварству молодой девушки. – Следила за мной. Звонила мне по ночам. Проверяла, дома ли я.

На этот раз она вскинула голову, спросила:

– Как ты догадался?

– Ты же помешана на классике. Эту дребедень слушаешь всегда. И когда звонила мне, я слышал в трубке музыку.

Ксюха молчала. Смотрела на Лешку, но взгляд такой, будто смотрит через него. И ничего этот взгляд не выражал.

Парень хмыкнул как-то неопределенно и сказал:

– Что ты хочешь от наркоманки. У нее в жизни только две вещи: наркотики и потрахаться. Она меня замучила. И, знаешь, я даже не обижаюсь, что ты ее долбил. Для меня отдых. А то ж замучает, сучка.

Ксюха посмотрела на него зверем.

– Не обзывай меня! Я из-за тебя рисковала, следила за твоим ментом Синельниковым, следаком Юдиным.

Парень хихикнул.

– Дура! Теперь ты моя подельница. Соучастница.

Ксюха плюнула на ковер и отвернулась.

– Ох, какие мы гордые. Ничего. Пожрешь тюремной баланды, и вмиг твоя гордость пропадет.

– Слушай, а почему ты не убил Маная? – спросил Лешка у парня. В газетах только и пишут о серийном убийце. Но неужели такой кровавый злодей не сумел добраться до Маная?