–  Нет, не быстро, - отмахнулся Дюпре.
– Держитесь лишь на дистанции видимости. И повнимательней поглядывайте по сторонам. От местных уродов можно всего ожидать.

–  Слушаюсь, господин помощник.

Почтительно кивнув, капрал махнул своим, и охранники быстро умчались вперед, подняв тучу пыли. Собственно, пыль-то и являлась основной причиной недовольства Дюпре - что за радость скрипеть ею на зубах? Поехал бы впереди, да вот беда, не слишком-то умело судейский держался в седле - боялся насмешек. Потому и притулился тут, на облучке вместе с возницей, якобы в целях наилучшей охраны преступника. Не простой был преступник - ниточка! Обращаться с ним следовало вежливо, во-первых - дворянин, а во-вторых - кто знает, как оно еще все там, в Париже, обернется? Разрешит ли государь подвергнуть преступника пыткам? Или просто сгноит в казематах какой?нибудь крепости от греха подальше, а то и вообще отпустит, решив проявить показную милость. С таким государем, как славный король Анри, всего можно ожидать. Говорят, этот бывший гугенот несколько раз менял веру! «Париж стоит мессы!» - не зря ведь приписывают ему эти слова. О, святой Николай! Устрашившись собственных мыслей, чиновник перекрестился на шпиль деревенской колокольни.

Дорога тянулась посреди ровной изумрудно-зеленой равнины, с тучными пастбищами и полями, засеянными пшеницей и люцерной. Повсюду, насколько хватало глаз, виднелись разноцветные цветы - нежно-синие колокольчики, васильки, фиалки и - почти повсеместно - желтые одуванчики и пылающе-красные маки. Пейзаж успокаивал - уж в этой-то пасторали трудно было себе представить таящихся в засаде разбойников. Да и негде им таиться было - кругом поля, луга да резкие полоски вязов. Правда, впереди, примерно в двух лье, синел небольшой лесок - как раз в нем-то и скрылись передовые всадники охраны. Ну и правильно, нечего тут пылить перед самым носом!

Капрал - дядюшка Оноре, как звали его солдаты, - несколько приотстал по причине насквозь житейского свойства: заворотив в подходящие кусты коня, спешился, развязал гульфик…

И тут же услышал нарастающий топот копыт - видать, возвращался кто-то из своих. Тьфу ты, черт! Неужто случилось что?

–  Ну?
– Застегнув штаны, капрал хмуро взглянул на солдата.
– Что там у вас, Франсуа?

–  Осмелюсь доложить - девки, господин капрал.

–  Девки?
– Капрал распушил усы.
– И чего они делают?

–  Осмелюсь доложить, косят сено. Наши там все стоят.

–  А чего стоят, девок не видели?

–  Так они того, господин капрал. Осмелюсь доложить - голые.

Дядюшка Оноре удивленно вскинул глаза:

–  То есть как - голые?

–  Да так, как есть, безо всякой одежки. Там, рядом с лугом, река, девки-то, видать, в ней и купаются - жарко ведь. Ну и чтоб по сто раз на день одежку на себя не натягивать…

Капрал уже не слушал, вмиг вскочив в седло.

И в самом деле на лугу оказались девки. Правда, в одежде - рубахах да подоткнутых юбках, обманул Франсуа, стервец! Девки уже не косили траву, а, похоже, любезничали с солдатами. Нет, это безобразие, по уставу надо было срочно прекращать!

–  А ну, разойтись! Немедленно по коням, мать вашу!

–  Ого!
– Девчонки дружно засмеялись.
– Это и есть ваш строгий капрал? Не поможете ли нам вытащить из болотца телегу? Застряла, и ни туда, ни сюда.

–  Мы при исполнении!

–  Да это ж быстро! Во-он телега-то, рядом, - показала одна из девчонок - а все они, как на подбор, были красивыми, аппетитными и такими… разбитными, что ли. В груди капрала приятно колыхнулось какое-то чувство. Вообще-то карета сюда доберется не так уж и быстро. Так что время есть…

–  Гм… - Капрал подкрутил усы.
– Ладно, разрешаю помочь! Но только быстро.

–  Вот спасибо!
– обрадованно загалдели девушки - одна другой краше. Особенно одна - объемистая, дородная, с необъятной грудью.
– А мы вас за это угостим сидром.

–  А вот за сидр спасибо.
– Дядюшка Оноре улыбнулся, глядя, как его солдаты споро вытаскивают застрявшую в болотной жиже телегу.
– В самый раз по такой-то жаре.

–  Пейте, господин военный!
– Та самая, большегрудая, протянула капралу кувшин.

Дядюшка Оноре спешился; не торопясь, напился:

–  Вкусный у тебя сидр, красавица! Жаль, быстро кончился.

–  Хотите еще, господин военный?
– улыбнулась девица. Ух, и грудь же у нее! Так и выпирает из-под рубахи!
– Пойдемте, у нас там, за кустами, - бочка.

–  Пойдем…

Покрутив усы, дядюшка Оноре направился вслед за грудастой красоткой. Впрочем, у нее не только грудь, у нее и все прочие стати были ничуть не хуже. Так и тянуло ущипнуть! Особенно когда дева нагнулась.

Капрал с шумом выдохнул.

–  Ого, - обернувшись, лукаво подмигнула красотка.
– Какой вы мужичина!

–  Какой же?

–  Прямо ох! А у нас в деревне, как назло, и мужиков-то почти нет. Тем более таких…

Дядюшка Оноре и не вспомнил, кто из них первым полез с поцелуями - он или девица? Да и некогда было вспоминать - уж больно место оказалось удобным: тихо, укромно, вокруг зеленые такие кусточки…

–  Тебя как звать-то?
– с придыханием спросил капрал, задирая красотке юбку.