Проходя мимо, Пилюгин невольно замедлил шаги, слушая песню. На лавочке сидела Галка, перед ней стояла коляска, в которой спал маленький Мишка.

— Я думал, он давно спит, — сказал Пилюгин, присаживаясь рядом и ставя на скамейку пакеты.

— А он спит. Только еще и гуляет.

— Так, может, домой пора?

— Ты иди, мы еще с Мишенькой погуляем, — хмуро ответила Галка.

— Опять с тетей Ниной поругалась?

— Пап, я с этой тетей Ниной больше не могу. Она меня совсем задолбала!

— А может, ты ее? — устало ответил Пилюгин. — Вы что, сговорились, что ли? Хором из меня кровь пить будете? Может, ты ее ревнуешь? К родному брату? Ведь он без нее погибнет и — все, не понимаешь, что ли?

— Не погибнет! А я для чего? Я все умею! И пеленать, и купать, и кормить умею! — Галка вскочила и стояла перед Пилюгиным, сжимая кулачки. — У нее руки корявые, как грабли! Она Мишеньку дергает за ручки и ножки, как куклу какую-то!

— Она троих своих выкормила, — устало возражал Пилюгин.

— Вот именно — своих! А Мишенька для нее чужой!

— Какой чужой? Он ее родной племянник! И ты ей племянница. У меня с вами крыша уже едет, елы-моталы! — Пилюгин решительно встал, повесил пакеты на ручку коляски и покатил ее к дверям. — Пошли домой!

— Я еще погуляю, — Галка пошла от подъезда к спортивной площадке.

Ранним утром джип Валеры Чистова вкатил во двор дома, в котором жили Александр, Полина и Витька Ивановы. В трех подъездах часто хлопали двери — люди спешили на работу. Валера не спеша направился к крайнему и столкнулся с Муравьевым, державшим собаку на поводке.

Вертя ключи от машины на пальце, Валера остановился, словно вспомнил что-то, и встретился с веселым взглядом Муравьева:

— Нравится машина?

— Какая машина? — не понял Валера.

— Машина для убийства! — Муравьев потрепал пса по холке. — Машина — супер! Абсолютно бесстрашен, мертвая хватка. Если за горло, то конец наступает через тридцать секунд.

— А тебе-то он нравится? — спросил Валера.

— Спрашиваешь! Никакого охранника не надо! Как говорится, против лома нет приема… — и Муравьев рассмеялся, поглаживая собаку.

— Окромя другого лома, — улыбнулся Валера и пошел к подъезду. Но скоро вышел — в квартире Ивановых никого не оказалось.

Джип Валеры, переваливаясь на ухабах, медленно полз по лесной дороге с глубокими, полузаросшими колеями. Дорога эта вскоре вывела его на огромную поляну, где стояло длиннющее приземистое строение из металла и стекла. Оно казалось совершенно безлюдным, окна во многих местах были выбиты, вокруг строения валялись обломки, битое стекло. Все это напоминало заброшенный завод или лабораторию.

Подъехав к разбитому подъезду, Валера выбрался из машины и направился внутрь цеха. Под ботинками хрустело стекло. На огромном пространстве не видно было ни одного человека. Всюду мерзость запустения — какие-то полуразрушенные или вовсе разломанные агрегаты, станки, разбитые трубы, мотки проводов, рефлекторы, трансформаторы, битое стекло, и все поросло зеленоватым мхом. В центре цеха в полу был квадратный люк с металлическим кольцом. Валера раза два надавил ногой на кольцо, и где-то в глубине, под полом, раздались звуки, напоминающие звонок в квартиру. Крышка вздрогнула и стала медленно подниматься. Снизу, из открывшегося подземелья, хлынул яркий электрический свет. Вниз вела довольно крутая лестница.

Валера спустился в огромное светлое помещение. Длинные ряды столов убегали вдаль к стене, которую даже не было видно. За столами сидели десятки людей, мензурками отсыпали в цилиндрические, круглые и кубические картонные патроны серое сыпучее вещество, похожее на порох, потом капали из пузырьков какую-то тягучую жидкость, сыпали разноцветное конфетти, мелкие шарики. Другие добавляли блестки из фольги, еще какие-то мелкие непонятные предметы, третьи заворачивали патроны в промасленную бумагу, четвертые — в плотную материю, пятые перетягивали шпагатами. Готовые изделия паковали в коробки, складывали в штабеля. На коробках было множество наклеек, изображавших ракеты и шутихи в виде драконов, тигров, волков и медведей. Примечательно было то, что среди рабочих было много китайцев. Остальные — обычные гастарбайтеры — узбеки или таджики.

Навстречу Валере быстро шли двое, тоже китайцы, невысокие, крепко сложенные, в синих спортивных костюмах.

— Здравствуй, Валера, — издали поздоровался старший. Он хорошо говорил по-русски, хотя и с заметным акцентом.

— Здорово, Ван, — широко улыбаясь, Валера поздоровался с ним за руку, потом пожал руку второму, помоложе.

— Ты привез товар?

— В машине. Пусть ребята заберут, — Валера протянул ключи Вану, тот передал их своему молодому помощнику, который, молча кивнув, быстро пошел в глубину цеха.