— Юлиан тоже был немолод? — понял Дронго.

— Ему было далеко за сорок, — сообщил Тугутов, — ну а потом мы с ней встретились, когда она уже попыталась от него уйти. Но Юлиан ее не отпускал.

— Хотел, чтобы она отработала свои деньги? — уточнил Дронго.

— Наверное. И я его понимаю. Он ее привел в порядок, одел, обул, купил ей небольшую квартиру, научил некоторым манерам. И у нее сразу появились более молодые поклонники. Потом она сошлась с каким-то грузином. Начались разборки между этим грузином и Юлианом. Все закончилось тем, что Юлиана просто пристрелили. А этот грузин попал в колонию. Но к этому времени ее фотографии уже появились в некоторых журналах, и ее стали приглашать на дефиле в Париж и Милан. Вот тут ей и понадобился более солидный спонсор.

— И тогда появились вы.

— Господин эксперт, — решив, что пора вмешаться, сказал Ле Гарсмер, — обратите внимание, что вы неверно ставите вопрос. Криминальный авторитет Юлиан, который помогал молодой Ирине Малаевой в ее провинции, не имел никакого отношения к моему клиенту. Они всего лишь знали друг друга. Никаких контактов у них не было и не могло быть.

— Господин эксперт хочет подробно узнать всю жизнь графини, — насмешливо произнес Тугутов, — он считает, что у меня много свободного времени и я могу потратить его на эти рассказы.

— Нет. Просто я считаю, что вы лучше других можете рассказать о ее становлении, — сказал Дронго, — учитывая, что вы ей действительно помогали в то время. Итак, вы появились в ее жизни…

Он сознательно немного польстил Тугутову, чтобы тот продолжал рассказывать. И его собеседник поддался на эту лесть.

— Да, — кивнул Мукур, — тогда появился я. И согласился оплачивать все ее расходы. Она была очень перспективной девочкой, все схватывала буквально на лету. Целых полтора года я оплачивал все эти фотосессии, ее визажистов, парикмахеров, портных. В общем, был ей вместо отца. Обеспечивал ей выгодные контракты. А потом, примерно восемь лет назад, мы с ней расстались, и она начала свою самостоятельную карьеру. Ну а дальше вы знаете. Она стала одной из ведущих моделей в Европе. Заключила несколько очень выгодных контрактов и вышла замуж за этого придурка — графа Шарлеруа. Вот такая история Золушки…

Он закончил говорить, и было заметно, как Ле Гарсмер облегченно вздохнул. Он опасался, что его клиент сорвется и наболтает лишнего.

— И вы выступали в роли «заботливого отца»? — не без иронии уточнил Дронго.

— Да, — не понял сарказма Тугутов, — я был ей почти как отец.

— Насколько я могу судить, вас тогда считали любовниками. И она появлялась с вами на всех приемах. В Интернете я видел фотографии, где Наоми Кэмпбелл была с известным российским миллиардером, Наталья Водянова с лордом Портманом, а вы вместе с Ириной Малаевой.

— Ну и что? Мы с ней были большими друзьями, — ответил Тугутов, — и об этом все знали. А если я появлялся на приемах с красивой женщиной, то это говорит о моем вкусе и моих возможностях. Такая молодая и красивая женщина не стала бы появляться в обществе с нищим и убогим. Как вы считаете?

Дронго вспомнил ее голое тело. И посмотрел на лицо сидевшего рядом человека. Лицо у Тугутова было в мелких родинках и очень маленьких ямочках от недолеченной оспы.

— Вы платили ей деньги, чтобы она была вашей любовницей? — в упор спросил он.

Ле Гарсмер покачал головой.

— Это очень неприличный вопрос, — предупреждающе сказал он.

— Да, — ответил даже с некоторой гордостью Тугутов, — я мог позволить себе содержать и одевать такую дорогую женщину. Немногие в нашем мире могут позволить себе обеспечивать такую требовательную и умную женщину. Она даже окончила какой-то колледж, чтобы иметь образование.

— Вы были ее любовником? — повторил вопрос Дронго.

— Протестую, — снова вмешался Ле Гарсмер.

— Если точнее, покровителем, — пояснил Тугутов.

— И поэтому вы считали себя вправе требовать с нее деньги за контракты, которые были заключены и проходили в то время, когда вы были ее покровителем?

— Откуда вы знаете? — нахмурился Тугутов.

— Какие деньги? — осторожно спросил адвокат. — О чем вы говорите?

— О пяти миллионах долларов, которые она должна вам за заключенные контракты, которые были оформлены во время вашей тесной дружбы.

Наступило неприятное молчание. Тугутов и его адвокат переглянулись друг с другом.

— Какие пять миллионов? — очень тихо спросил Ле Гарсмер. — Откуда вы взяли такую невероятную сумму?

— Это не я придумал. Это ваш клиент хотел получить такую сумму со своей бывшей протеже, — Дронго слышал, как его слова переводил Пуллен, — он уже получил пять миллионов и хотел еще пять. Такая сумма отступных за все, что он сделал для будущей графини Шарлеруа.

— Почему вы так решили? — нервно спросил адвокат.

— Они прослушивали наши разговоры, — взорвался Тугутов, — я говорил, что они меня слушают. Теперь все понятно. Они меня все время слушают.