Шарифа с интересом посмотрела на твердое спокойно-угрюмое лицо Хмеля, погладила шрам на его щеке и отдернула руку.

— Вы сильный человек, Никифор, но прошу вас, не ссорьтесь с дядей. В общем-то он хороший человек и любит меня. Обещаете?

— Обещаю, — через силу сказал Никифор.

— Тогда все в порядке. Куда пойдем?

— Куда хотите.

— Но ведь вы говорили, что знаете все местные злачные места.

— Я так не говорил, — растерялся Никифор.

Шарифа рассмеялась.

— Пойдемте погуляем, вечер очень хороший, потом покажете мне ваш любимый ресторан.

— Весь к вашим услугам.

Женщина без всякого кокетства и стеснения взяла его под руку, и это ее прикосновение было так приятно, что все заранее приготовленные слова вылетели у Никифора из головы. Они не торопясь двинулись к Арбату, прислушиваясь к гулу города, Никифор все никак не мог начать разговор, в голову лезли какие-то нестройные мысли о родственниках женщины, о своем отношении к ним, и Шарифа, заметив его колебания, искоса посмотрела на капитана и улыбнулась.

— Вы язык проглотили, Никифор? Может быть, расскажете, кто вы и чем занимаетесь? Судя по шраму… от гвоздя и по тому, как вы расправились с теми бритоголовыми парнями, вы, наверное, работаете в ОМОНе?

— В спецназе, — сказал Никифор, почти не кривя душой. — А вы случайно не манекенщица?

Шарифа снова засмеялась — словно хрустальные шарики заскакали по серебру, и Никифор почувствовал облегчение и радость. Несмотря на красоту, которую в народе принято называть южной, женщина вела себя просто и естественно, что окрыляло и улучшало настроение, позволяя также вести себя непринужденно.

— Нет, я не манекенщица, хотя мне предлагали работать в Доме моды у Виторгана. Я всего лишь клерк, бумажно-компьютерная крыса в автосалоне на Беговой.

— Вот уж никогда бы не догадался, — искренне сказал Никифор. — А я как раз собрался покупать машину. У вас немецкие авто продаются?

— Разумеется, два типа «Фольксвагенов» и «Хорьх».

— Мне нужен именно последний «Хорьх».

— Приходите, мы продадим вам машину на льготных условиях, даже сигнализацию бесплатно установим.

— Спасибо, теперь уж точно к вам приду. Как говорит мой приятель: моя благодарность не будет иметь границ в пределах разумного.

Шарифа засмеялась.

— Не надо никакой благодарности, мы со всеми клиентами работаем вежливо и обходительно. Приходите и убедитесь.

Они вышли на Арбат, медленно зашагали по знаменитой улочке, заполненной гуляющими.

— Я бы что-нибудь перекусила, — сказала Шарифа. — Может быть, купим пару пирожков?

— Тогда уж лучше сразу идем в ресторан, — запротестовал Никифор. — Можно поехать в «Три пескаря» на Зубовском бульваре, там как раз мой приятель Кеша и работает, а можно посидеть в «Тропикане» на Новом Арбате, тут недалеко.

— Ни разу в нем не была, хотя часто хожу мимо. Пойдем в «Тропикану». Но если там дорого, лучше поискать что-нибудь попроще.

— Моих средств хватит на два ресторана, — улыбнулся Никифор.

— Неужели спецназовцам так хорошо платят?

— Не всем, только избранным, умеющим рисковать по делу.

— И часто вам приходится рисковать?

— Иногда, — подумав, ответил Никифор.

— А что значит — рисковать по делу?

— Просто надо точно рассчитывать меру риска. Не помню, кто из юмористов сказал: смелый убежит, но не уступит. Вот так действуем и мы, только на полном серьезе.

— Очень интересно! Расскажите что-нибудь из своей практики.

— Давайте лучше о чем-нибудь другом, — взмолился Никифор. — Героями нас назвать трудно, а развеивать романтический ореол спецназа не хочется. Хотя дуболомов среди нас больше, чем нужно.

— Хорошо, не буду вас расстраивать своими вопросами, ответьте на последний: вам приходилось стрелять в людей во время ваших операций?

— И я стрелял, и в меня стреляли, — пожал плечами Никифор, начиная тяготиться темой беседы и размышляя, случайный разговор завела Шарифа или нет. — Работа такая.

— Неужели вас ни разу не ранили? Если не считать шрама.

Никифор нахмурился, не зная, отвечать серьезно или пошутить. Выбрал последнее:

— У меня семь ножевых ран.

— Да что вы говорите?! — удивилась она. — Вам так часто приходится сталкиваться с вооруженными бандитами?

— Нет, — не выдержал и засмеялся капитан, — просто я картошку часто чищу.

Засмеялась и Шарифа.

— Ты меня разыграл?

— Потому что не люблю разговаривать о работе.

— Секрет?