— На мусоросжигательном заводе.

— Это другое дело. Где именно?

— В подвале под двухэтажкой.

— Сколько у вас сейчас пленников?

— Пятеро… кажись… не помню, я их не видел.

— Дети есть?

— Кажись, трое… или четверо… не знаю…

— Девочки, мальчики?

— А тебе-то что? — скривил губы водитель.

— Среди них дочка одного важного человека, — глухо проговорил Тарасов. — Зовут Акулиной. Не слышал?

— Я к этим делам не имею отношения. Спроси у Битого.

— И спрошу. Но если с девочкой что-нибудь… — Тарасов резко выдохнул воздух, умолкая.

Водитель потек сильнее, хотя нельзя было сказать, что он боится капитана. Он действительно не верил в реальность угроз.

Запиликал мобильный телефон, лежащий в «бардачке» машины.

Водитель дернулся к нему, застыл.

Глеб подумал, достал телефон, сунул парню.

— Отвечай.

— На шнурке, — включил телефон водитель.

— Ты где, Кирпич? — спросили на том конце линии. — Кидняк забрал?

— Кончаю.

— Давай быстрей, хозяин ждет.

— Скажи, что едешь, — тихо бросил Тарасов.

— Еду.

Глеб выхватил у него трубку, выключил, кинул на сиденье.

— Заводи тачку.

Водитель смотрел непонимающе, и капитан добавил:

— Поедем к твоему хозяину. Поговорить с ним хочу.

— Охренел?! — вытаращился на него водитель. — Да пахана два десятка жлобов охраняет…

— Проведешь меня к нему, а дальше не твоя забота.

— Ну, смотри, тебе видней.

— Что, надеешься выйти сухим из воды? — понимающе усмехнулся Глеб. — Не надейся, братан, если я утону, ты пойдешь ко дну вместе со мной. Так что веди себя примерно.

Водитель включил двигатель, вывел машину из ряда стоящих у тротуара, раскаленных от солнца автомобилей. Вид у него все еще был такой, будто он сомневается в своей трезвости, и лишь вспухшее ухо напоминало ему о реальности происходящего.

Свернули на Угличскую, миновали многоэтажки, церковь Леонтия Чудотворца, остановились у высокой металлической ограды с узорчатыми воротами и калиткой, на которой красовалась табличка: «Ярославский теннисный клуб «Волга». Водитель посигналил. Ворота раздвинулись, управляемые дистанционно. «Лада» проехала по асфальтовой дорожке мимо клеток с теннисными кортами, остановилась возле двухэтажного особнячка из красного кирпича, с зеркальными золотистыми стеклами. Из дверей центрального входа в особняк вышли двое крепких парней в кожаных безрукавках, в одном из которых Глеб узнал верзилу в перчатках без пальцев.

— Ну, что, фраер, не прошла охота встречаться с хозяином? — осмелел водитель. — Заехать-то ты заехал, а вот выедешь ли — не знаю.

Тарасов приблизил лицо к лицу водителя и сказал раздельно, глядя, как у того расширяются зрачки:

— Я вас всех здесь положу, сволочь бандитская! Но ты будешь первым, если подашь повод! Не пытайся, если жизнь не надоела, проверено дураками. Понял?!

— Понял, — скис водитель.

— Выползай.

Тарасов сунул руки в карманы куртки и вылез вслед за водителем.

— Ты кого привез, Кирпич? — удивился верзила в перчатках. — Это же наш корешок с пушкой из Ростова.

— Вот, к Битому гость, — упавшим голосом сказал Кирпич. — Говорит, важное дело…

— Это ж какое у него важное дело может быть к хозяину? И откуда он его знает?

— Сам у него спроси.

— А ты что ж не догадался, ксиву не попросил? Эй, фраерок, ты откуда такой прыткий взялся? Что за базар у тебя к Вите?

— Не твое дело, шпана, — равнодушно ответил Тарасов. — Иди к своему козырному барину и доложи, что к нему в гости майор ФСБ Гольцов прибыл. И не вращай белками-то, а то глаза ненароком потеряешь.

— Т-ты, с-сук!.. — прошипел верзила, сунув лапу за спину, где у него, очевидно, под ремень был засунут пистолет.

— Не наезжай, Фигура, — буркнул водитель «Лады», с испугом посмотрев на спокойно державшегося Тарасова. — Разобраться надо. Он отсюда все равно свалить не сможет, пусть побазарит с Битым, вдруг важняк какой.

Бугай в перчатках сплюнул, остывая, окинул Глеба нехорошим мутным взглядом.

— Ладно, майор, или кто ты там, поглядим, что за кидняк ты приготовил. Но если хозяин с тобой базлать не станет, я те припомню шутку в Ростове! — Он вытащил пистолет. — Кирпич, обыщи его. Подними-ка руки, майор.

Водитель «Лады» с некоторой опаской подошел к Тарасову, похлопал его по карманам, пошарил под ремнем за спиной и с недоумением посмотрел на верзилу в перчатках.

— Ничего нет!.. — Он повернул голову к Тарасову. — А волына где, которой ты мне по ушам лупил? Стекло боковое раздолбал?

— Обыскиваешь плохо, — усмехнулся Глеб, мгновенно выхватывая пистолет (шестнадцатизарядный «волк» для спецподразделений) из-под мышки и направляя ствол в лоб отшатнувшемуся бандиту. Потом взял пистолет за ствол и подал рукоятью вперед не менее оторопевшему Фигуре.