К полудню следующего дня я вернулся в Пальметто Блафф.

Я постучал в дверь дома, который располагался в тихом тупике. Делия Сандерсон, Тодда Сандерсона, эм, вдова, открыла дверь с грустной улыбкой. Она обладала тем, что многие могли бы назвать особой красотой жилистой крестьянки. У неё были грубые черты лица и большие руки.

– Спасибо за то, что приехали, профессор.

– Пожалуйста, - сказал я, ощутив укол совести.
– Зовите меня Джейк.

Она отошла в сторону и пригласила меня войти. Дом был милым, выполненный в современном искусственном викторианском стиле, который был, кажется, в моде в силу новейших изобретений. Участок примыкал к полю для гольфа. Атмосфера была зелёной и спокойной.

– Не могу передать, как сильно ценю то, что вы приехали.

Ещё один укол совести.

– Пожалуйста, это честь для меня.

– И всё же. Колледж отправил профессора...

– Это не большое дело, - попытался я улыбнуться.
– Неплохо, иногда выбраться.

– Я благодарна, - произнесла Делия Сандерсон.
– Наших детей сейчас нет дома. Я отправила их обратно в школу. Хоть мы и горюем, нужно что-нибудь заниматься, понимаете, о чём я?

– Понимаю.

Я не сказал ничего конкретного, когда звонил ей вчера. Я просто сказал, что я профессор в альма-матер Тодда и что я надеялся заехать к ней домой, чтобы поговорить об её ушедшем муже и выразить соболезнования. Разве я, каким либо образом намекнул, что я приеду от имени колледжа? Скажем так, я не препятствовал такому образу мыслей.

– Хотите кофе?
– спросила она.

Я уже давно понял, что люди имеют склонность расслабляться, когда делают простые вещи и чувствуют, что обустроили гостей комфортно. Я ответил согласием.

Мы стояли в вестибюле. Официальные комнаты, где обычно принимают гостей, располагались справа. Жилые комнаты и кухня - слева. Я пошёл за ней на кухню, понимая, что неофициальная обстановка может так же сделать её более открытой.

Не было никаких признаков недавнего взлома, но что именно я ожидал найти? Кровь на полу? Перевёрнутую мебель? Открытые ящики? Жёлтую полицейскую ленту?

Лощёная кухня была дорогой, и в ней было ещё больше дорогой техники, чем в медиа-зале. Огромный телевизор висел на стене. Диван был буквально завален пультами и джостиками от Xbox. Да, я знаю, что такое Xbox. У меня такой есть. Я люблю играть в Madden. Осудите меня.

Она направилась к одной из те кофемашин, в которых используют кофе в таблетках. Я сел на стул у гранитного кухонного бара. Она показала мне удивительно большой выбор кофе в таблетках.

– Какой хотите?
– спросила она.

– На ваше усмотрение.

– Вы любитель крепкого кофе? Спорим, что да.

– Вы выиграли спор.

Она открыла кофе машину и положила туда таблетку под названием "Реактивное топливо". Казалось, машина поглотила таблетку и начала писаться кофе. Ага, знаю, аппетитная фигура речи.

– Вы пьёте чёрный?
– спросила она.

– Я не настолько любитель крепкого кофе, - сказал я и попросил немного молока и подсластителя.

Она передала мне кружку.

– Вы не выглядите, как профессор.

Я частенько такое слышу.

– Мой твидовый пиджак в чистке. Сожалею о вашей потере.

– Спасибо.

Я сделал глоток кофе. Зачем я здесь? Мне нужно было выяснить, был ли Тодд Делии Сандерсон Тоддом Натали. И если это был один и тот же человек, то, как такое возможно? Что значит его смерть? И какие секреты могла хранить эта женщина?

Конечно же, я не знал ответы на эти вопросы, но я хотел попытаться узнать что-нибудь. Это значит, что, возможно, мне придётся на неё надавить. Меня совсем не украсит подталкивание к нужной мне информации женщины, которая настолько явно горюет. Чтобы я не напридумывал, что произойдёт здесь, на самом деле я не имел и понятия, но Делии Сандерсон было очевидно очень больно. Можно было увидеть напряжение на её лице, поникшие плечи, красные капилляры глаз.

– Не знаю, как спросить поделикатнее...
– начал я.

И остановился, надеясь, что она заглотит приманку. Она так и сделала.

– Вы хотите знать, как он умер?

– Если я вмешиваюсь не в своё дело...

– Всё в порядке.

– В газетах пишут, что это произошло во время грабежа с взломом.

С её лица сошёл цвет. Она снова отвернулась к кофе-машине. Она повертела в руках одну таблетку для кофе, подняла её, положила обратно, взяла другую.

– Извините, - сказал я.
– Вам не обязательно дальше рассказывать.