Никогда впредь.

Захариил никогда не испытывал ничего настолько поглощающего как-то, что он испытывал с Аннабель. Не важно, что они делали, пока это делали вместе, касались друг друга, изучали, и ангел ощущал внутреннее смятение, уничтожение. Обновление.

После, мрачное предчувствие будет пытаться его охватить.

Она так много заставила его пережить. Он слишком отчаянно хотел её. Эти отношения не могли быть на постоянно основе, как жаждал Захариил, но продлятся настолько, насколько это возможно.

Когда его месяц на Земле подойдёт к концу, он попросит Аннабель отправиться к нему на облако. И она согласится. Другого ответа он не примет.

— Так, и что теперь? — зевая, поинтересовалась она.

— Мы спим.

— Не-а. Прости, но я уже знала ответ и это не он. Сейчас мы поговорим. Я хочу узнать о тебе побольше.

У неё была такая мягкая, такая гладкая кожа. Её легкий цветочный аромат окутал его точно шелковистой сетью, но те лёгкие невесомые нити казались прочнее всего, с чем ему прежде доводилось сталкиваться.

— О чём именно?

— Что ж, вот что я знаю. Ты скорее родился на свет, чем был создан. У тебя был брат-близнец, но по какой-то причине, которую ты не объясняешь, тебе пришлось его убить.

Захариил ждал, когда она продолжит.

Аннабель вздохнула.

— Ладно, видимо пока ты не готов понять мой намёк и рассказать о брате. Что я ещё знаю? Ах, да. У тебя на груди растущее чёрное пятно, и оно меня беспокоит. Ты лидер армии ангелов, и, думаю, только что ты мне открыл, насколько сильно уважаешь свой народ.

— Во-первых, не волнуйся насчёт пятна. Во-вторых, что заставило тебя думать, что я уважаю своих людей?

— Хорошая попытка отвлечь моё внимание от ничего не значащего пятна, не стоящего моего волнения, только на этот раз не выйдет. Я не поведусь на твою уловку, приятель.

— Это не изменит моего ответа.

— Всё равно. С того дня в психбольнице до дня, когда три ангела нашли нас в Новой Зеландии, твои манера и тон изменились. Может, совсем чуть-чуть. Но для тебя и небольшие перемены очень весомы.

А его Аннабель очень наблюдательная.

— Да, так и есть, благодаря моим людям. Когда они очень мне нужны, они приходят на выручку. Мне говорили, что они не подходят для небес, что они слишком ожесточённые, слишком дерзкие, чтобы справиться со своими обязанностями, но я больше в это не верю. Каждый из них в той или иной степени испытал страдание, и справился со своей болью так, как мог. — Как и сам Захариил.

— Я с тобой. Я встретилась лишь с несколькими из твоих воинов, и признаю, что они выглядели довольно опасными, но было в них что-то замечательное. Что-то, за что стоит бороться.

Захариилу понравилось, что Аннабель защищала тех, за кого он нёс ответственность.

— Что ещё ты обо мне знаешь?

— Только одно. Что вы дружите с группой одержимых демонами воинов.

— И ты хочешь знать больше? — Захариил взвесил всё то, что, по её словам, она знала о нём, против того, что, как она намекнула, хотела узнать. — О чём ты хочешь узнать в первую очередь? Различие между рождёнными и сотворёнными ангелами или как так произошло, что я дружу с одержимыми демонами?

Из груди Аннабель вырвался очередной вздох, тёплый и сладкий, наполненный пониманием. Она поняла, что он полностью исключал разговор о его брате, и не стала настаивать.

— Расскажи о разнице между рождёнными и сотворёнными ангелами, пожалуйста.

Ему не стоило раскрывать свои секреты. И какой прок от этого, когда их постоянно окружает серьёзная опасность? Или что-то похуже. Но Захариилу хотелось рассказать всё, чтобы, когда придёт очередь Аннабель, она также с ним поделилась всем.

В голове раздались слова, произнесённые ранее Хайди: "Твоя женщина нуждается в том, чтобы быть одной из самых важных событий в твоей жизни. Определённо, она должна быть превыше твоей работы. Брат повернулся к ней спиной, бой-френд бросил. Она так долго не испытывала безусловной любви, и если ты не станешь относиться к ней серьёзно, это её разрушит".

Захариил сказал Хайди, что он серьёзно относится к Аннабель. Он просто не знал, как ей показать, насколько она для него важна. На первом месте у ангела стояла его армия. Он должен был ставить свои обязанности во главу.