— Гм, Заки?

Насколько плохо то, что ему начала сильнее нравиться укороченная версия его имени, пока она выходила из уст этой женщины?

— Рождённые являются лишь частью войска Высшего Божества и первые десять лет нуждаются в защите своих жизней, — произнёс Захариил. — Они слабы, нуждаются в том, чтобы их научили есть, ходить, летать.

"Посмотри на меня, Захариил! Смотри, как высоко я взлетел!"

"У тебя хорошо получается, Эдриниэл. Я горжусь тобой".

— Всё как у людей, — заметила Аннабель. — Конечно же, за исключением полётов.

— Да, — ответил он, играя с её локоном. — Сотворённые сильны с того момента, как открывают глаза, но им сложнее понять людей, охранять которых они призваны. Но именно поэтому и рождённые, и сотворённые являются полезными. Они предназначены для разных задач, но взаимно дополняют друг друга.

— А кто их создаёт?

— Всевышний.

Не взирая на его происхождение Захариилу не удавалось сочувствовать или понимать людей. Он справился с собственными слабостями, но люди, как ему казалось, вовсе не стремились к этому. Они напоминали ему песчинки, которые терялись в собственной массе.

Что на счет женщины, в твоих руках? Она не слаба, и ты никогда не позабудешь ее.

Нет, она не была слабой, и, да, он никогда не забудет.

Тепло ее дыхания ласкало его грудь.

— Я пытаюсь вообразить себе маленького Захариила. Тебе разрешали играть в детские игры?

— Нет. У нас с Эдриниэлом даже в этом возрасте были свои обязанности. Если мы не учились, то служили посыльными, помощниками, а иногда даже сопровождали души к их вечному пристанищу.

Эдриниэл ненавидел эту часть их жизни.

— Посмотри, как ее любимый оплакивает ее утрату. Я просто не в состоянии выносить такое количество боли.

— Они снова увидятся. Однажды.

— Правда? Что если один попадет на небеса, а другой в ад?

— Мы не виноваты. Так и будет.

— Наверное есть что-то, что мы можем для них сделать, чтобы быть уверенным.

Захариил хотел принять обязанность по сопровождению душ, но пока не мог. Он надеялся, что со временем станет менее чувствительным по отношению к своему брату, и перестанет испытывать ту нежность к нему, которая отбрасывала тень на все аспекты их жизни.

Он ошибался.

— Мне так жаль, — произнесла Аннабель, возвращая его к реальности.

Он напрягся, опасаясь, что проболтался.

— Чего?

— Того что ты оказался лишен. Любой ребенок, даже ангел, готовящийся стать воином должен иметь возможность веселиться. — Она тихонько хихикнула. — Мы с моим братом, когда-то играли в прятки в доме, и я так хорошо пряталась. Однажды он искал меня больше часа, и в конце концов я заснула. Он обратился за помощью к родителям, и они буквально перерыли весь дом в поисках меня. И когда им не удалось меня найти, они вызвали полицию, считая, что меня похитители.

Ее голос был таким веселым... "Я хочу, чтобы она всегда оставалась такой".

— И где же ты была?

— В сушилке, притаилась между теплыми полотенцами — Ее хихиканье снова разлилось подобно пузырькам шампанского. — Возможно мы с тобой когда-нибудь поиграем. Мы будем... — она просто замолчала.

Создавалось такое впечатление, что что-то было не так, Захариил вытянул руку, готовясь вызвать огненный меч, внимательно оглядывая комнату. Но никаких демонов не появилось, и он расслабился.

— Ничего, — сказала она. — Итак, как ты подружился с теми одержимыми мужчинами?

Она замолчала потому, что ей хотелось обсудить будущее, их будущее, но она передумала.

— Ты останешься со мной, Аннабель, — сказал он.

— На данное время, — ответила она.

— Гораздо дольше.

— Знаю. На наш месяц.

Это походило на начало ссоры.

— Ты уйдёшь потом от меня? — Настаивал он.

— Ну, да. И почему ты так расстроен? Мое намерение должно было вроде обрадовать тебя.

— Я не счастлив.

— Но ты сказал, что хотел расстаться после нашего месяца на земле.

— Я такого не говорил. Ты останешься со мной и точка.

— Вообще-то, нет, я....

Он перебил ее.

— Я расскажу тебе эту историю. — Он говорил быстро не давая возможности ей вставить хоть слово. — Одного воина терзали сотни демонов. Из-за этого он сам не замечая отравлял жизнь окружающим его. В то время я находился в другой армии, и нас направили либо спасти его, либо уничтожить, если это окажется невозможным. Его друзья... встали на его сторону. Я раньше никогда не сталкивался с чем-либо подобным, и вскоре понял, что они сопротивляются собственным демонам. Они сражались с ними ежедневно, более храбро, доблестно и самоотверженно, чем я когда-либо видел. Они не собирались позволять злу доминировать над собственными жизнями.