— Мистер Нокс, я сейчас зачитаю вам телеграммы, которыми обменивались инспектор. Квин и директор музея Виктории. Две последние телеграммы исходят из иного источника, так что сами сможете убедиться, насколько можно шутить с этим. Вначале я зачитаю телеграмму, которую инспектор направил в музей после того, как мы ошибочно сочли, что убийца — Халькис. Она гласит: «БЫЛА ЛИ У ВАС ПЯТЬ ЛЕТ НАЗАД УКРАДЕНА ЦЕННАЯ КАРТИНА ЛЕОНАРДО ВПР».

Нокс вздохнул. Сампсон немного помедлил, но продолжил:

— Музей ответил: «КАРТИНА ЛЕОНАРДО ПОХИЩЕНА ПЯТЬ ЛЕТ НАЗАД ТЧК МУЗЕЙНЫЙ СТОРОЖ ГРЭХЕМ И ГРИМШО — ВЕРОЯТНО ЗПТ ОДНО И ТО ЖЕ ЛИЦО ТЧК ПОДОЗРЕВАЕТСЯ В КРАЖЕ ТЧК ДО СИХ ПОР НИКАКИХ СЛЕДОВ НЕ НАЙДЕНО ТЧК ЕСТЬ ОСНОВАНИЯ ДЕРЖАТЬ КРАЖУ В СЕКРЕТЕ ТЧК ТЕЛЕГРАФИРУЙТЕ ЗПТ НАШЛИ ЛИ ВЫ СЛЕДЫ ТЧК».

— Недоразумения, сплошные недоразумения, — с волнением сказал Нокс.

— Вы так полагаете, мистер Нокс?

Сампсон побагровел и отыскал третью телеграмму — ответ инспектора Квина.

«СУЩЕСТВУЕТ ЛИ ВОЗМОЖНОСТЬ ЗПТ ЧТО УКРАДЕННАЯ КАРТИНА ПРИНАДЛЕЖИТ НЕ КИСТИ ЛЕОНАРДО ЗПТ А СОВРЕМЕННИКУ-УЧЕНИКУ И ДОЛЖНА ПОЭТОМУ ОЦЕНИВАТЬСЯ ЗНАЧИТЕЛЬНО НИЖЕ ЦЕНЫ ЗПТ УКАЗАННОЙ В КАТАЛОГЕ ВПР».

Ответ руководства музея:

«ГДЕ НАХОДИТСЯ КАРТИНА ВПР ПЛАНИРУЕМ СЕРЬЕЗНЫЕ ШАГИ ЗПТ ЕСЛИ КАРТИНА НЕ БУДЕТ СРОЧНО ВЫСЛАНА ОБРАТНО ТЧК АВТОРСТВО ЛЕОНАРДО ПОДТВЕРЖДАЕТСЯ НАДЕЖНЕЙШИМИ ЭКСПЕРТАМИ ТЧК ЦЕНА ДВЕСТИ ТЫСЯЧ ФУНТОВ ТЧК».

Ответ инспектора Квина:

«ПРОШУ ДАТЬ МНЕ ВРЕМЯ ТЧК НЕ ИМЕЮ ПОЛНОЙ УВЕРЕННОСТИ ТЧК ХОЧУ ИЗБЕЖАТЬ НЕНУЖНЫХ ОСЛОЖНЕНИЙ ТЧК СЧИТАЮ ВОЗМОЖНЫМ ЗПТ ЧТО КАРТИНА ЗПТ НА СЛЕД КОТОРОЙ МЫ НАПАЛИ ЗПТ НЕ ЯВЛЯЕТСЯ ПОДЛИННЫМ ПРОИЗВЕДЕНИЕМ ЛЕОНАРДО ТЧК».

Ответ музея:

«НЕ ПОНИМАЕМ СИТУАЦИИ ТЧК ЕСЛИ КАРТИНА ЯВЛЯЕТСЯ ФРАГМЕНТОМ «БИТВА ЗА ШТАНДАРТ» ЗПТ ТО ЕЕ АВТОР ЛЕОНАРДО ЗПТ И ОНА

ПРИНАДЛЕЖИТ НАМ ТЧК ЕСЛИ ВЫ МОЖЕТЕ ССЫЛАТЬСЯ НА МНЕНИЕ АМЕРИКАНСКИХ ЭКСПЕРТОВ ЗПТ ТО ВАМ ИЗВЕСТНО МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ КАРТИНЫ ТЧК НАСТАИВАЕМ НА ВОЗВРАЩЕНИИ КАРТИНЫ НЕЗАВИСИМО ОТ МНЕНИЯ АМЕРИКАНСКИХ ЭКСПЕРТОВ ТЧК КАРТИНА ПРИНАДЛЕЖИТ МУЗЕЮ ВИКТОРИИ И ОКАЗАЛАСЬ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ ТОЛЬКО В РЕЗУЛЬТАТЕ КРАЖИ ТЧК».

Ответ инспектора Квина:

«ПО-ПРЕЖНЕМУ НУЖДАЕМСЯ В ОТСРОЧКЕ ТЧК ПРОСИМ ДОВЕРЯТЬ НАМ ТЧК».

Сампсон сделал многозначительную паузу.

— А теперь, мистер Нокс, — продолжал он, повысив голос, — я перехожу к двум последним телеграммам, которые заставили нас ломать голову больше, чем все другие. Первая — ответ на телеграмму Квина, которую только что прочитал. Она подписана инспектором Брумом из Скотланд-Ярда. Она гласит: «ДЕЛО ПО МУЗЕЮ ВИКТОРИИ ВЕДЕМ МЫ ТЧК ТРЕБУЕМ ОТ НЬЮ-ЙОРКСКОЙ ПОЛИЦИИ ОБЪЯСНЕНИИ ТЧК». Надеюсь, — сказал Сампсон, оторвав глаза от бумаги, — что вы постепенно осознаете серьезность положения, мистер Нокс, Вот ответ инспектора Квина: «КАРТИНА ЛЕОНАРДО НЕ У НАС В РУКАХ ТЧК ЕСТЬ ОПАСНОСТЬ ПОТЕРЯТЬ КАРТИНУ ЗПТ ЕСЛИ ОКАЗЫВАТЬ СЛИШКОМ СИЛЬНЫЙ НАЖИМ ТЧК РАБОТАЕМ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО В ИНТЕРЕСАХ МУЗЕЯ ТЧК ДАЙТЕ НАМ ДВЕ НЕДЕЛИ ВРЕМЕНИ ТЧК».

Джеймс Дж. Нокс кивнул. Он слегка повернулся, чтобы видеть инспектора, и сказал чуть ли не с похвалой:

— Великолепный ответ, инспектор. Очень тонко, очень дипломатично. Поздравляю вас.

Инспектор чуть не поперхнулся. Сампсон от злости стиснул зубы и процедил:

— А теперь последняя телеграмма, которая пришл'а сегодня утром; тоже от инспектора Брума: «СОГЛАСНЫ НА ДВЕ НЕДЕЛИ СРОКУ ТЧК ДО ЭТОГО ОТКЛАДЫВАЮ ВСЕ СОБСТВЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ ТЧК ЖЕЛАЮ УСПЕХА ТЧК».

Сампсон театральным жестом бросил телеграмму на стол.

— Вот, стало быть, на чем мы остановились, мистер Нокс. Мы открыли вам свои карты. Ради бога и всех святых, сэр, будьте благоразумны! Дайте нам возможность отдать картину в руки независимых экспертов…

— Никоим образом не намерен впутываться во всю эту глупую историю, — только и ответил Нокс. — Мой эксперт говорит, что это не картина Леонардо, а он должен знать, что говорит. Пошлите к черту этот музей Виктории, Сампсон. Эти люди только и знают, что строить козни серьезным коллекционерам.

Инспектор вскочил.

— Почему бы вам не вернуть картину музею? Спишете убыток на текущие расходы. Вы же компенсируете потерю на бирже, стоит вам только глазом моргнуть.

Нокс перестал улыбаться. Он поднялся, спокойный и грозный:

— Списать на текущие расходы, говорите? Просто прекрасно! Но будьте добры, назовите мне, пожалуйста, причину, по которой я должен взять и подарить кому-то вещь, за которую отдал три четверти миллиона долларов? Ответьте на этот вопрос, Квин.

Пеппер с присущим ему дипломатическим тактом успел ответить раньше, чем последовала суровая отповедь инспектора.