— Она как раз и не была включена. Сюиза сразу понял, что в галерее кто-то есть. Он увидел свет в кабинете у Слоуна, вошел туда, потому что хотел спросить о чем-то, и нашел труп — в том самом положении, в каком его позднее обнаружили мы. Он испугался и бросился сломя голову вон. Он специально старался ничего не трогать, поскольку боялся, что подозрение падет на него.

— Это совершенно немыслимо! — прошептал Эллери еле слышно.

— Подумай сам, мальчик мой, — сказал инспектор. — Чего тут немыслимого? Сюиза и в самом деле вне подозрений. Когда газеты написали про самоубийство, он немного успокоился. Но хотел еще переждать и посмотреть, как повернется дело, а уже потом рассказать обо всем. Только тогда, когда он окончательно убедился, что дело закрыто, он явился ко мне — облегчить собственную совесть. Вот и вся история. Во всяком случае, она ничего не меняет.

— Это верно! — воскликнул Эллери с возросшим волнением. — Верно, что показания Сюизы, как ты мне их пересказал, пока ничего не меняют в деле Слоуна. Но у нас сейчас есть великолепная возможность задать мистеру Начио Сюизе еще один маленький вопросик и тем самым, возможно, совершенно безукоризненно доказать, что

Слоун покончил с собой… Нам придется нанести Сюизе краткий визит.

Начио Сюиза выглядел далеко не столь экстравагантно, как обычно. Он встретил обоих Квинов в коридоре напротив кабинета Гильберта Слоуна.

— Чем могу служить, инспектор? — спросил он с плохо скрытым страхом. — Я надеюсь, что вы все-таки не…

— Вам нечего бояться, — успокоил его инспектор. — Мой сын хотел бы задать вам несколько вопросов.

— Как я слышал, — начал Эллери, — в ту достопамятную ночь вы вошли в кабинет Слоуна, потому что увидели там свет. Это так?

— Не совсем. — Сюиза замялся. — Мне помнится, я хотел спросить у Слоуна кое-что в связи с каталогом, когда увидел полоску света под его дверью…

Оба Квина дернулись так, будто сидели на электрических стульях, по которым внезапно пустили ток.

— Полоску света под его дверью? — воскликнул Эллери. — Значит, дверь кабинета Слоуна была закрыта? И вы открыли ее, когда вошли?

Сюиза удивленно посмотрел на него.

— Конечно. Мне кажется, я говорил вам об этом, инспектор.

— Нет. Этого вы не сказали! — сердито воскликнул Старик. — А после этого вы убежали и оставили дверь открытой?

— Да, — заикаясь, пролепетал Сюиза, — я просто затылком чувствовал страх… Но о чем вы хотели спросить, мистер Квин?

— Вы уже ответили на все мои вопросы, — сказал Эллери.

Полчаса спустя Эллери уже сидел дома в уютном кресле перед камином, а инспектор разгуливал по комнате и рассуждал вслух.

Зазвонил звонок. Слуга подбежал к двери и впустил прокурора Сампсона и его помощника Пеппера.

— Поздравляю! — сказал Сампсон. — Что за сумасшедшая мысль посетила вас тут?

Старик кивнул на Эллери.

— Спроси его. Она пришла в голову ему первому.

— Рассказывай, Эллери.

Все взоры обратились на него.

— Господа, я рассчитываю на то, что в будущем вы с большим уважением станете относиться к потаенным интуитивным процессам, происходящим у меня в подсознании. Чтобы проиллюстрировать их немаловажность, скажу следующее: пуля, которая вошла в голову Слоуна и вышла из нее с другой стороны, пролетела через дверной проем его кабинета. Мы нашли пулю в ковре, висящем на стене выставочного зала, прямо напротив двери. Значит, в момент выстрела дверь должна была оставаться открытой. Когда мы пришли в галерею, дверь кабинета и в самом деле была открытой, и это согласовывается с тем, что пуля застряла в ковре. Но вот теперь Начио Сюиза заявляет нам, что мы были не первыми, кто вошел в галерею после того, как Слоун умер. Он, Сюиза, побывал там до нас. Но Сюиза видел, что дверь была закрыта! В момент выстрела дверь непременно должна была оставаться открытой, в противном случае пуля застряла бы в ней. Значит, нам не остается никакого другого вывода, кроме как предположить, что был кто-то, кто закрыл дверь после убийства Слоуна, до появления Сюизы.

— Но, мистер Квин, — заметил Пеппер, — почему бы не предположить, что Сюиза не был единственным, кто заходил в кабинет Слоуна в ту ночь?

— Великолепно, Пеппер. Это как раз то, что я и хочу сказать. Кто-то зашел в кабинет Слоуна раньше Сюизы — тот и есть убийца!

Сампсон озадаченно потер щеку.

— Все же остается возможность, что этот человек, побывавший здесь до Сюизы, тут так же не при чём, как и сам Сюиза, а Слоун все же покончил жизнь самоубийством.

Эллери нетерпеливо махнул рукой.

— Наверное, теоретически вероятность этого существует, но она мизерна. Нет, Сампсон, вам уже пора отказаться от версии самоубийства и начать дело об убийстве.

— Это верно, — с отчаянной решимостью сказал инспектор. — Это совершенно верно. Он всем нам натянул нос. Тут, как ни вертись, ясно одно: Слоун был убит.

Прокурор и его помощник нерадостно кивнули.

Эллери продолжил свою речь:

— Если Слоун был убит, значит, не он разделался с Гримшо. Я считаю бесспорным, что убийца Гримшо убил и Слоуна, и попытался представить это убийство самоубийством, чтобы укрепить подозрения, падавшие на Слоуна.

Из наших предшествующих размышлений мы сделали вывод, что убийца Гримшо, мог фабриковать массу ложных улик против Халькиса только в том случае, если знал, что Халькис тайно продал картину Ноксу. Несколько раньше я доказал, что убийца подстроил все так, чтобы подозрения пали на Халькиса, будучи абсолютно убежденным в том, что Нокс станет молчать. Единственный человек, который знал о сделке — это сообщник Гримшо. Значит, сообщник Гримшо и есть убийца. Так как сам Слоун убит, он не мог быть сообщником Гримшо. Значит, убийца еще жив. Пойдем дальше.