Следующим шагом, чтобы выяснить, как далеко надо ехать, отец Ио разложил перед моим напарником карту королевства и вручил ему хрустальный маятник. Багратион внимательно обследовал всю карту по направлению на северо-восток. Особенно аккуратно он прошёлся по границе с Агарским Магистратом, но маятник даже не шелохнулся. Значит, это были не происки наших исторических и идеологических противников.

Отец Ио пожал плечами и предложил продолжить. Маг только вздохнул и продолжил свои манипуляции.

Камень неожиданно завибрировал над Амброй, почти самым северным городом Солернии на горной границе с Аттау.

Это подходило по времени, за месяц туда действительно реально добраться, если не пользоваться железной дорогой. Например, если похитители - это пираты, то они сначала могли идти морем, а потом высадиться у Рампони и на перекладных добраться до границы.

– Это всё очень странно, - пробормотал Турицци, разглядывая карту.
– Если им надо в Аттау, почему они сразу не пошли туда морем?

– Значит, им надо именно в Амбру, - хмуро сказал Рицетта.
– Зачем? Чего там такое в Амбре, чего у нас нет?

– Откуда мне знать, что творится на другом конце королевства?
– обалдело посмотрел на коллегу Турицци.
– В газетах ничего про них ничего особого не пишут.

– Мы уже упустили целый месяц, - пробормотал епископ.
– Надеюсь, преступников ещё можно поймать.

– Ну так отправьте ди Ландау с Филинио туда Вратами, - предложил ему Турицци.
– Мы дадим им все рекомендации и полномочия, пусть глянут на месте, а амбрские им помогут.

Мы с напарником ошарашенно переглянулись. До чего же сильное благоговение перед приказом князя они испытывали, что местные представители Министерства готовы просить священников задействовать самый энергозатратный ритуал из всех существующих.

Врата были изобретены в седой древности, когда Солерния звалась ещё просто Солом, а настоящие драконы, потомки Короля, ходили по земле. Наш Солнечный Владыка даровал своим последователям, лишённым крыльев, силу перемещаться в пространстве. Это был самый большой секрет нашей церкви, впрочем, ходили слухи, что провести этот ритуал можно только у нас. Только последователям Короля-Дракона давалось это древнее и могучее волшебство.

Отец Ио с сомнением посмотрел на нас двоих и признался:

– Я могу отправить только Баграта. Двоих я не потяну... Да и никогда ещё на моей памяти не отправляли гомункулуса. Я не знаю, как отреагируют его печати.

Ди Ландау тут же воспрял духом. Судя по всему, он лелеял мечту от меня избавиться. Чем-то я всё-таки ему не угодил, не заслужил его доверия... Или же он просто не любил синтетических существ. Что поделать, некоторые питают к нам необъяснимое предубеждение только потому, что мы не люди.

– Тогда отправьте меня одного, - предложил он, в предвкушении невероятного ритуала у него зажглись огнём глаза.
– Я пока осмотрюсь, а Фил может и по чугунке до Амбры добраться, - великодушно добавил он.
– Всего-навсего четверо суток пути.

Похоже, все его мысли захватила возможность воочию увидеть Врата и пройти через них. Кто ещё мог похвастаться таким приключением из всех его знакомых?

Три ведомственных начальника переглянулись и... согласились с его предложением. Их амбрские коллеги в любом случае получат всю необходимую информацию через сутки, даже если ди Ландау поленится сходить в местное отделение Министерства.

Ритуал назначили на завтрашний полдень, потому как в это время дня силы священников возрастали. Мне порекомендовали выехать как можно раньше. Мой поезд уходил этим вечером. У меня ещё оставалось несколько часов в Бергенте.

Из-за этого настроение у меня было странное, во-первых, я волновался за своего мага. Ведь меня не будет на ритуале. Как я узнаю, что всё в порядке и прошло удачно? Не то, чтобы я сомневался в силе отца Ио, но у меня работа заключалась в том, чтобы следовать за ди Ландау везде. Во-вторых, мне было действительно жаль покидать приморский город, так тепло принявший меня. Расставаться с гостеприимными Пассеро совершенно не хотелось, в голове возникла мысль, что если бы у меня не было службы, я бы у них прижился... И при этом же, в-третьих, у меня внутри всё тихонько трепетало от радости. Ну как же! Я снова прокачусь на паровозе.

Когда я поймал себя на последней мысли, то поразился сам себе. Откуда брались все эти эмоции, которых у меня никогда не было? Я ни разу не задумывался, где хотел бы жить. Я никогда не испытывал такой сильной привязанности к людям. Я никогда не хотел так сильно чего-то для себя.

У гомункулусов не должно быть таких мыслей.

Неужели из-за всех этих передряг последних дней мои печати испортились? Мне стало не по себе от такой перспективы. Мой безупречный послужной список в двести лет и - на тебе! Со мной никогда не было проблем, и это было предметом моей гордости. Но сейчас...