Я выложил свежий выпуск с обведённой статейкой перед магом, когда он обедал в столовой. Рядом никого не было, поэтому я позволил себе заговорить об этом. Ди Ландау прочитал текст, поднял на меня глаза и пожал плечами:

– Дураков надо учить.

Я позволил себе нахмуриться, наверное, впервые за всё время нашего общения, и хмуро сказал:

– Вам очень повезло, что никто не погиб.

Маг аж подавился булочкой. Он не ожидал, что я (!) буду его ругать, и смутился:

– Да ладно тебе, я просто пошутил. Это всего-навсего три перекись ацетона, ему всего лишь печку покорёжило. Воровать всё-таки нехорошо.

– Взрывать чужие печки - тоже.

Ди Ландау насупился. Да, маги не терпят, когда их воспитывают, но, к сожалению, должностная инструкция чётко предусматривает постоянное напоминание им их возможных поведенческих рамок, которых необходимо придерживаться. Владеющие Силой склонны о них забывать, что приводит к грустным последствиям для окружающих.

Я корил себя, что недосмотрел за этим безобразником, посчитав, что его шуточки не выходят из разряда безобидных. На наше счастье, взрыв печки не стали связывать с переездом одного мага в дормиторий, и никаких жалоб на пакостника матроне Маргарите не поступало. Боюсь, иначе на одного сотрудника в нашем отделе тут же стало бы меньше.

После этого ди Ландау не разговаривал со мной целых два дня, но Зимние Огни близились, и бессовестный колдун снова начал устанавливать со мной контакты. В смысле, он не возражал, если мы оказывались в столовой за одним столом, или даже не торопил меня, пока я возился с его отчётами, проверяя и сшивая их. В общем, мой напарник вёл себя как паинька. Похоже, ему очень сильно нужны были эти деньги. Я решил, что надо поинтересоваться, зачем ему дополнительная сумма. Если мой маг вляпался в неприятности, то его надо будет спасать. И чем скорее, тем лучше, иначе это может здорово аукнуться всему Министерству.

Впрочем, ди Ландау не производил впечатления юноши в беде. Он не лез за словом в карман в перепалках с Луиджи, работал за двоих и даже подрядился украшать дормиторий к праздникам.

Вышло это так. Мы как раз спускались по лестнице в одно студёное утро, когда дыхание клубами пара вырывалось изо рта. Ди Ландау зевал на ходу: у него полночи горел свет. Когда я зашел к нему спросить, всё ли в порядке, он сидел за столом, нацепив очки на нос, и переводил какие-то бумаги с агарского на солернийский. Предприимчивый маг брал работу даже на дом.

Внизу, на веранде смотритель дормитория переругивался с дворником, которому было поручено заниматься развешиванием флажков и традиционных фонариков-дракончиков для ночной иллюминации. Весь город готовился к празднику, и хозяева домов старались перещеголять друг друга. В этом году что-то случилось с фонариками и флажками, то ли их уронили ещё прошлой зимой, то ли их подпортили за лето мыши.

– Да чего вы паритесь, - с детской непосредственностью влез в спор ди Ландау.
– Скиньте мне оплату за комнату хотя бы в половину, и я вам таких ледяных драконов наморожу, весь квартал обзавидуется. На улице холодрыга, что и до весны ничего не растает.

Я хорошо знал нашего смотрителя. Для него возможность щегольнуть и не потратиться была на первом месте. Буквально через пять минут, сойдясь в сумме оплат, мой напарник и начальник дормитория ударили по рукам.

Так что половину дня следующих выходных мы с магом убирали снег с территории, а так же таскали вёдра с водой из колодца. Ди Ландау не обманул - на каждом столбе ограды расселось по дракончику. Так же ледяными скульптурами украсились крыша и обе стороны дорожки. Даже на деревьях угнездились прозрачные ящерки с крыльями. Надо признать, что фигурки получились отменными, во-первых, ни одна не повторялась, а, во-вторых, выглядели они как живые.

Один из магов-аналитиков, живущих в нашем же кампусе, проходя мимо, попробовал было насмехаться над моим напарником, который "тратит свою Силу на такие глупости, недостойные настоящего волшебника"! В результате оба мага высказали друг другу, всё, что думают друг о друге, разругавшись в пух и прах. А потом я не понял, что случилось, но эта парочка бегала вокруг дормитория и зачаровывала ледяных дракончиков на спор, чтобы те светились в темноте. При этом оба волшебника старались переплюнуть один другого по сложности, изощрённости и ёмкости заклинаний. Я так и не узнал, кто выиграл, потому что под вечер они, помирившись, сидели в холле и распивали бутыль красного вина на двоих, восполняя потраченные Силы.

Результат просто потрясал. При свете дня в лучах солнца всё наколдованное великолепие сияло и переливалось, а ночью дракончики разноцветными огнями таинственно светились по всей терртории.

Ди Ландау был прав, спрашивать у нашего смотрителя, что это за украшение такое, приходили со всех окрестных домов. В результате мой напарник получил ещё три заказа от соседей за очень даже приличную плату. Так как я носил вёдра с водой, мне тоже отсыпали пригоршню монет.

Я просто поражался его способности зарабатывать деньги себе и другим и морально готовился к напряжённым Зимним Огням. Работы предстояло много, но не могу сказать, что нас двоих это сильно пугало.