Два старика поддерживая друг друга, подковыляли к сцепившимся в последней схватке телам: старый сержант, насаженный на меч противника, запустил когти обеих рук в горло молодого вильдвера в плаще командора Ордена.

– Клаус... достал эту сволочь!
– Ульрих сплюнул.
– Я боялся... не выйдет.

Йенс тяжело оперся на обломок копья и кивнул.

– Будешь?
– Ульрих снял с пояса флягу.
– Командир любил таврийское... И сержант...

Йенс хмыкнул, открыл рот, словно собираясь ответить, но ничего не сказав, отмахнулся.

– Тоже верно... Какой смысл пить... Выльется всё... Дырки-то в брюхе...
– Ульрих взвесил на руке флягу.
– А я хлебну... Грудь - не пузо... не вытечет, - он приложился и откинул сосуд.
– Пойдем, поищем раненых... Надо добить, пока мы еще не сдохли...

Глава 27

Несмотря на силу и выносливость кроатца, дорога до Нейдорфа заняла три дня. В город Ридица въехала с маниакальной мыслью о лохани с горячей водой и куске салевского мыла. Дела могут и подождать. Впрочем, дела имели собственное мнение. Девушка успела лишь проследить, как устроили коня (гостиница, конечно, лучшая в городе, но береженого и Господь бережет) да заказать в комнату мытье и ужин. И даже подняться к себе...

– Простите, святая сестра, - пришедшая с подносом подавальщица протянула конверт.
– Вам просили передать.

– Кто?
– недоуменно подняла бровь Ридица.

– Не знаю я, - пожала плечами прислуга.
– Мальчишка принес. Из уличных, они частенько этим подрабатывают.

– У вас пишут так много писем, - удивилась воительница, - что на их доставке можно заработать на жизнь?

– Ну они не только этим живут, - поправилась девчонка.
– Но и этим тоже.

– Он там ответа ждет?

– Нет, святая сестра. Монетку. А ответ, говорит, и не нужен.

Усмехнувшись, Ридица отдала подавальщице пару монет.

– Одну ему, другую тебе, - она погрозила пальцем.
– И не обижай ребенка!
– улыбка смягчила угрозу.

Довольная девчонка исчезла за дверью.

Воительница вскрыла конверт и прочитала:

'Тот, кого Вы ищете, будет сожжен на площади завтра в полдень'.

Всё. Ни подписи, ни адреса. Однако!

Ридица вздохнула, вспомнив о греющейся воде, и потянулась за осточертевшими сапогами. Придется переносить отдых... Хотя, с какого Нечистого?! Да, кое-куда съездить придется прямо сегодня. Собственно, она и не против. Но до после ужина это вполне может подождать. А вот помыться лучше по возвращению.

Девушка поела, отдала нужные распоряжения (главное, чтобы вода не остыла) и выскользнула в ночь.

Ее путь лежал на окраину, но долгим не был, Нейдорф не самый большой город в Нордвенте. Впрочем, и большой деревней не назвать.

На условный стук дверь неприметного домика на окраине приоткрылась, впуская Ридицу, и сразу же закрылась. Только после этого хозяин зажег свет. Не чадящую лучину, толстую восковую свечу.

– Спаси и благослови, святая сестра, - произнес он слегка дребезжащим голосом. Что привело вас в наши края?

– Спаси и благослови, - откликнулась Ридица.
– Рада тебя видеть, Па...

– Не надо имен, девочка, - оборвал старик.
– У этого дома нет ушей, но...

Воительница понимающе кивнула.

– Я тоже рад, - продолжал хозяин.
– Особенно тому, что когда-то избежав беды, ты сумела ее укротить. Присаживайся.

Хозяин извлек откуда-то вино в бутыли и два бокала догемского стекла.

– Угощайся.

– Спасибо. Твои привычки не меняются с годами.

– Я уже слишком стар, чтобы менять привычки, - старик наполнил бокалы.
– Попробуй. Это вино старше тебя!

– Все такой же гурман, - девушка пригубила напиток.
– Да, ты во всем знаешь вкус!

– Увы, уже не во всем, - со смешком сказал хозяин.
– Годы... Но к делу. Сокол из Допхельма прилетел по твоему слову?

– По моему, - кивнула Ридица.
– Удалось что-либо выяснить?

– За последнюю дюжину дней в городе появилось только одно новое лицо. Местный мальчишка притащил в город брата из какой-то окрестной деревеньки. Я его видел. На вид ему лет девять - десять. Может, и меньше, если он...
– старик многозначительно помолчал.
– Девчонки не выныривали.