– Осмелюсь всей душой возразить, - сказал Блейми.
– Эта встреча принесла мне счастье. Принесла надежду по крайней мере на дружбу. Если вы...

Верити покачала головой.

– Всё кончено, Эндрю. Мы это знали уже несколько лет назад. Прости меня, но сегодня утром у нас много дел. Желаем тебе хорошего дня.

Она собралась двинуться дальше, но Демельза не пошевелилась.

– Прошу кузина, не принимай меня в расчет. Я могу пройтись по магазинам и самостоятельно, уверяю тебя. Если... если твой друг хочет перемолвиться с тобой словечком, будет хорошим тоном на это согласиться.

– Нет, вам тоже следует пойти, мэм, - произнес моряк, - иначе пойдут разговоры. Верити, я как раз снял комнату на постоялом дворе. Мы могли бы пойти туда, выпить кофе или ликера. В память о старых добрых временах...

Верити вырвала у Демельзы руку.

– Нет, - истерически взвизгнула она.
– Нет! Я сказала - нет.

Она повернулась и быстро пошла по улице в сторону западного моста. Демельза бросила яростный взгляд на Блейми и последовала за ней. Она злилась на Верити, но догнала ее и снова взяла под руку, замедлив шаг. Она поняла, что Эндрю Блейми был готов к встрече, а Верити - нет. Верити чувствовала то же самое, что и Блейми в то утро, когда Демельза появилась в Фалмуте, она пыталась не разбередить старую рану и вела себя враждебно, чтобы избежать еще больших страданий. Демельза винила себя за то, что не предупредила Верити. Но как она могла это сделать, когда Верити...

До ее ушей донесся шум и грохот, и, будучи расстроенной и сконфуженной, она соотнесла это с Блейми.

– Он остался далеко позади, - сказала она.
– Уже можно не торопиться. О, Верити, тебе стоит выслушать его. Действительно стоит.

Верити так и не повернулась. Ее душили слезы, они сдавили ей горло, стояли повсюду, только не в глазах, которые остались сухими. Она почти добралась до западного моста и пыталась проложить себе путь до него, но застряла в толпе людей, которые, казалось, о чем-то говорили, уставившись туда, куда она шла. Демельза держалась у нее за спиной.

Теперь Демельза поняла, что это шахтеры. У западного моста находился квартал старых домов, с узкими улочками, что обрамляли их, словно воротник, и по этому воротнику туда-сюда сновали шахтеры, толкаясь, всё теснее сбиваясь в группы, крича и потрясая кто чем.

Они заблудились, направляясь к монетному двору, и эти улицы и переулки были им незнакомы. Полдюжины шахтеров и несколько зевак напирающая сзади толпа столкнула в речушку, а другие толкались в грязи, пытаясь этого избежать; старый каменный мост был битком набит людьми, которые толкались, пытаясь пройти.

Демельза и Верити стояли у самого края водоворота, словно ветки, что кружат по его внешнему краю и которые вот-вот в него затянет. Затем Демельза оглянулась назад и увидела людей, шахтеров - серых, пыльных и злых, идущих толпой по Кенвин-стрит.

Они застряли между двумя потоками.

– Верити, смотри!

– Сюда, - раздался голос, и ее схватили за руку. Эндрю Блейми протащил их по улице к крыльцу дома. Оно было крошечным и могло вместить только их троих, но они были бы в безопасности.

Верити, упираясь, пошла с ними. Эндрю спрятал Демельзу за спину, а Верити оказалась сбоку - он защищал ее от толпы, загораживая собой дверной проем.

Первая волна прошла мимо, крича и потрясая кулаками. Прошла мимо них стремительно. Затем на них навалилась толпа с моста; людской поток замедлился, как бурлящая вода замедляется, когда ей некуда деваться, кроме как в узкий канал.

Колонна шахтеров, втискивающаяся в узкую улочку, все напирала - восемь, десять, пятнадцать, двадцать человек в ряд, когда несколько женщин закричали. Они полностью заполонили Кенвин-стрит - серая, осунувшаяся орда, куда ни глянь. Мужчины давили на стены, как будто хотели их раздвинуть; стекла в окнах трещали. Блейми прикладывал все силы, чтобы ослабить нажим толпы на их убежище.

Никто не мог сказать, что происходит, но идущие впереди, должно быть, придумали, куда двигаться, и столпотворение за мостом стало не таким плотным. Поток через мост начал двигаться быстрее. Напор ослаб, толпа повернула, поначалу медленно, потом быстрее, в сторону центра города.

Вскоре они ушли, спотыкаясь, неровными колоннами, и трое на крыльце оказались в безопасности.

Эндрю опустил руку.

– Верити, я умоляю тебя передумать...
– он уловил выражение ее лица.
– О, моя дорогая, пожалуйста...

Она проскользнула мимо него и нырнула в толпу.

Её поступок быль столь неожиданным и безрассудным, что никто не успел последовать за ней.

Потом Блейми побежал, выкрикивая "Верити! Верити!" над головами прохожих, что их разделяли, а Демельза следовала за ним.

Но даже этой секунды было достаточно, чтобы их разделили, Блейми гораздо энергичнее Демельзы пробивался вперед, чтобы добраться до Верити, а затем нырнул в толпу, и Демельза потеряла его из виду.

Демельза хоть и была ростом выше среднего, но впереди стояли высокие мужчины, и она тщетно вытягивала голову и крутила ею. Затем, когда они приблизились к самому узкому месту моста, у нее не было никакой возможности искать остальных; она могла только бороться за себя, чтобы ее не толкнули к краю и не сбросили с моста. Мужчины и женщины просачивались мимо со всех сторон, постоянно задевая, толкая и тыкая в нее палками и локтями; огромная толпа стиснула ее так, что перехватило дыхание, не оставляя ей никакого выхода.