на случай падения в ледяную воду.

Работы хватало всем, в том числе поварам, уборщицам и буфетчицам, так как ужинали в полночь, а

в 4 часа утра был первый утренний завтрак. И все же после тяжелой авральной работы на холоде, в дождь

и снег, на берегу и на палубе ребята, приняв душ в судовой бане, охотно смотрели кинофильмы, играли в

шахматы или домино. Остальное время не умолкал проигрыватель.

* * *

Но вот наступил день, когда разгрузка была закончена; судовой катер и понтоны закреплены по-по-

ходному, снова работают судовые дизеля, электроход направляется к острову Хейса.

В воздухе чувствуется дыхание близкой осени. Дизель-электроход легко ломает стекловидный лед, ко-

торый образовался за ночные часы на поверхности узких разводий. «Лена» торопится на юг к полярной

геофизической обсерватории Дружная. Ритмично работают дизеля. Круглосуточный полярный день

окончился, и в сумерках, особенно в пасмурную погоду, на палубе темно.

К вечеру корабль подошел к острову Хейса и встал на рейде. Когда загремел якорь, палубы и надстрой-

ки корабля осветились множеством огней. Приход судна с новыми зимовщиками и долгожданной почтой

большой праздник для полярников.

В туманной дымке приветливо светятся огоньки многочисленных домиков обсерватории, носящей имя

Героя Советского Союза Э. Т. Кренкеля, радиста первой советской дрейфующей станции «Северный

Полюс». В этих местах в бухте Тихой Эрнст Теодорович работал радиотехником.

Остров Хейса назван в честь американского полярника,неудачно пы-тавшегося в 1860 — 1861 годах

достигнуть Северного полюса от берегов Гренландии.

Советская полярная обсерватория на острове Хейса была построена в 1957 году в период Междуна-

родного Геофизического Года, теперь она наиболее крупная комплексная научно-исследовательская

станция, где ведутся метеорологические и ледовые наблюдения.

Здесь изучают космические лучи и ионосферу. Проводится большой комплекс аэрологических исследо-

ваний: выпуск радиозондов и ракетное зондирование высоких слоев атмосферы. Сам остров Хейса неве-

лик: в длину всего 18 километров, а в ширину 14 километров. На северо-восточной оконечности у мыса

Обсерваторского расположен поселок, в котором живут научные и технические сотрудники обсерватории.

Служебные и жилые здания расположены на берегах пресноводного озера Космического.

Рано утром мы направились на судовом катере на берег и вскоре уже выгружали на прибрежную гальку

свои приборы и оборудование. Вездеход легко сдернул с места тяжелые грузовые сани из бревен и,

громыхая гусеницами, потащился по сильно разбитой дороге. Черные камни, обледенелый снег, сме-

шанный с грунтом, делали путь тяжелым даже для вездехода, который на особенно крутых подъемах

замедлял ход.

Взобравшись на пригорок, вездеход оказался на центральной улице поселка. Дорога пролегала вдоль

многочисленных жилых и служебных домиков, за окнами которых виднелись ящики с зеленью и цветами.

По другую сторону улицы располагалось небольшое озеро, почти целиком покрытое льдом. Сгрузив

оборудование у склада, мы отправились к месту работы. Пока измеряли толщину льда, перевозили

приборы на лед, приблизилось время обеда.

Здание столовой стояло на полдороге между местом нашей работы и домом, где мы должны были

спать. Построенная совсем недавно, столовая оказалась уютной и свободно вмещала все население

поселка. Вечером она превращалась в клуб и кинотеатр.

После работы на льду при резком холодном ветре было особенно приятно яркое освещение и

тепло. Меня, как старого полярника, зимовавшего на станциях до войны, удивило, что вместе со

своими мамами — техниками, радистами и научными сотрудниками — в обсерватории зимовали

дети. Маленькие полярники и полярницы пользовались всеобщим вниманием, так как у большинства

сотрудников ребята остались на материке.

Смеркалось, когда наступил конец работы. Шли не торопясь, усталые, но довольные первыми

результатами наблюдений. Поселили нас во «французском» домике, здесь обычно жили гости, в том