«Восхитительно», — подумал Сэйзед. Он взял металлическое перо и откашлялся.

Правители повернулись к нему.

— Предполагаю, вы и есть Первое поколение?

— Мы Второе поколение, террисиец.

— Что ж, тогда прошу меня простить за то, что отнял у вас время. Где я могу найти ваших старейшин?

Главный кандра фыркнул:

— Не думай, что если ты сумел нас всех собрать здесь, то взял над нами верх. Хоть ты и вежлив в своем богохульстве, у меня нет никаких причин допускать тебя к Первому поколению.

— Богохульство? — переспросил Сэйзед.

— Ты не Вестник. И это не конец.

— Вы видели, сколько наверху пепла? Или все выходы из пещеры завалило так, что никому не удалось выбраться и посмотреть на мир, который разваливается на части?

— Мы прожили очень долгую жизнь, террисиец, — включился в разговор другой кандра. — Были времена, когда пепла выпадало больше обычного.

— Да ну? Может, вы и смерть Вседержителя уже однажды пережили?

Некоторые кандра забеспокоились, однако их предводитель покачал головой:

— Тебя прислал Тен-Сун?

— Верно.

— Ты не в силах сказать нам что-то, чего не сказал он сам. Почему он решил, что чужак сумеет переубедить нас, если это не удалось ему самому?

— Вероятно, для этого есть причина. — Сэйзед постукивал по книге кончиком пера. — Знаешь ли ты, чем занимаются хранители, кандра?

— Мое имя Кан-Паар. И да, я понимаю, что делают хранители — или, по крайней мере, что они делали до того, как был убит Отец.

— Тогда, возможно, тебе известно, что у каждого хранителя есть область, которую он знает лучше всего. Предполагалось, что, когда Вседержитель падет, мы станем учителями и передадим людям сохраненные знания.

— Да, — подтвердил Кан-Паар.

— Ну так вот. Моя область — религия. Знаешь ли ты, сколько религий существовало до Вознесения Вседержителя?

— Понятия не имею. Сотни.

— Мне известно о пятистах шестидесяти трех, — уточнил Сэйзед. — Считая секты, принадлежащие к одному и тому же религиозному течению. Если вести подсчет более строго, то их было около трех сотен.

— И?

— Знаешь ли ты, сколько религий сохранилось до нынешнего дня? — спросил Сэйзед.

— Ни одной?

— Одна. — Сэйзед вскинул палец. — Ваша. Террисийская религия. Тебе не кажется странным, что именно ваша религия не только продолжает существовать, но и предсказывает наступление этого самого дня?

— Ты не сказал ничего нового, — фыркнул Кан-Паар. — Ну, моя религия верна, а остальные лживы. И что же из этого следует?

— Вероятно, тебе не мешало бы прислушаться к своим собратьям по вере, когда они сообщают важные новости. — Сэйзед начал листать книгу. — По крайней мере, мне кажется, тебя может заинтересовать этот труд, в котором собраны все сведения о Герое Веков, какие только удалось обнаружить. Поскольку я почти ничего не знал об истинной религии Терриса, мне приходилось довольствоваться вторичными источниками: сказками и историями, а также текстами, написанными за минувший период.

К несчастью, — продолжил Сэйзед, — большую часть текста изменил Разрушитель, когда пытался заставить Героя Веков отправиться к Источнику Вознесения и освободить его. Так уж вышло, что он своим прикосновением изменил и испортил записи.

— И почему я должен этим заинтересоваться? — спросил Кан-Паар. — Ты же сам говоришь, что сведения, содержащиеся в этой книге, искажены и бесполезны.

— Бесполезны? — повторил Сэйзед. — Нет, вовсе не бесполезны. Искажены — да. Изменены Разрушителем. Друг мой, у меня есть том, заполненный ложью Разрушителя. У тебя есть память, заполненная изначальной истиной. По отдельности мы знаем очень мало. Однако если мы сравним то, что знаем, и тем самым определим, что именно изменил Разрушитель, разве это не позволит нам понять, в чем же заключается его план? По крайней мере, сдается мне, мы узнаем, что он хотел от нас спрятать.

В зале стало тихо.

— Что ж, — начал терять терпение Кан-Паар. — Я…

— Достаточно, Кан-Паар.

Сэйзед замер. Говоривший не был одним из тех, кто стоял за трибунами. Террисиец огляделся, пытаясь отыскать его.

— Вы можете уйти, Вторые, — прибавил другой голос.

Один из Вторых охнул:

— Уйти? И оставить вас одних с чужаком?

— С потомком, — поправил первый голос. — С мироносцем. Мы выслушаем его.

— Оставьте нас, — присоединился третий голос.

В молчаливом замешательстве Второе поколение покинуло свои трибуны и ретировалось. Двое стражей закрыли двери, за которыми толпились наблюдатели. Сэйзед остался наедине с говорящими призраками.

Раздался скрежет. Звук эхом пронесся по залу со стальными стенами, наконец отворилась дверь в дальней стене. Появились существа, которые и были, как предположил террисиец, Первым поколением. Они выглядели… древними старцами. Их плоть свисала с костей — тягучая, словно светящаяся плесень на голых древесных ветвях. Они горбились и по-стариковски шаркали ногами.

Одеяния Первых были простыми, без рукавов, но одежда все равно смотрелась странно на их телах. Кроме того, под прозрачной кожей Сэйзед увидел нормальные белые скелеты.