Правда, сам Шарип никогда не думал, что он целый «университет». Он просто пас овец, как это делали его деды и прадеды. Сыновья выросли — повели свои отары, а теперь внуки подрастают.

Яркий свет фар вырвался из темноты. Шарип встал, увидел: к юрте подъехал военный «уазик». Из машины вышли полковник Гусев и молодой начальник заставы. Шарип знал их, улыбаясь, пошел навстречу.

— Салам алейкум, Шарип-ага! — приветливо сказал Виктор Семенович.

— Здравствуйте, здравствуйте! — с поклоном отвечал чабан и в знак особого уважения протянул гостям сразу две руки. — Проходите к огню, ужин готов.

— Спасибо, аксакал. Некогда нам. Нужна твоя помощь.

Шарип понимающе кивнул. Внук с восторгом смотрел на деда…

Если командир по каким-либо причинам не знает или до поры скрывает точную дату начала боевых действий, он определяет ее специальным военным термином: ВРЕМЯ «Ч».

В приказах, которые на следующий день отдавал полковник Гусев, под ВРЕМЕНЕМ «Ч» понимался тот час, минута и секунда, когда на территорию СССР вступят провокаторы.

Каждый пограничник четко понимал свою задачу. Глубокой ночью вышли заслоны и незаметно замаскировались на склоне хребта. Они должны были пресечь движение нарушителей в наш тыл, если основной план неожиданно сорвется.

Ранним утром, как обычно, наряд младшего сержанта Гладкова отправился на охрану границы. Поднявшись на перевал, воины заняли позицию в районе каменного «замка». Вскоре от заслона по горной складке к ним скрытно перебрались полковник Гусев, начальник заставы Челноков и старый чабан Шарип.

В 10 часов 17 минут над изогнутой линией перевала появилось мутное облачко пыли.

— Товарищ полковник… — дрогнувшим от волнения голосом сказал Гладков. — Гонят… Овец гонят…

В эфир полетели слова:

— Внимание! Время «Ч»… Внимание! Время «Ч».

Отара выползала на гребень. Ее огромная серо-бурая масса шевелилась, колыхалась и неумолимо двигалась вперед. Перевалив через седловину, стадо, растекаясь, медленно приближалось к пограничникам. Десять «пастухов» — переодетые солдаты — понуро брели рядом с овцами. Рослые, широкоплечие, они шли обреченно, опустив головы.

До схватки оставалось несколько минут.

Животные шли туда, куда их гнали.

А люди?… О чем думали в этот момент люди?

Полковник Гусев пристально глянул на чабана. Неужели Шарип один повернет назад это стадо? Ведь у него свой хозяин. Он приказал ему двигаться сюда… Сможет ли чабан в считанные секунды перехватить управление чужой отарой? Если нет?… Она навалится на наряд… Выдержат ли заслоны?…

Старший лейтенант Челноков, прильнув к биноклю, всматривался в лица «пастухов». Понимают ли они, что их послали на смерть?

Ради чего?… Ради глупости, грязного скандала, нужного кучке ошалевших негодяев… Если понимают, что чувствуют сейчас? Почему так покорны?… Что это: страх или просто тупость, полное безразличие к происходящему?…

Младший сержант Гладков был уверен в благополучном исходе задуманной операции. Он понимал, что Шарип — мастер своего дела. Сейчас это произойдет… Олег будет рядом. Он должен охранять чабана. Он сделает все, чтобы старый Шарип был цел и невредим. Если нужно, прикроет его своим телом. Он выполнит приказ…

Коля Ивченко, сидя у радиостанции, не отрываясь глядел на полковника Гусева. Он был готов тут же передать любое его распоряжение. Но мысленно он был там, с ребятами, которые пойдут сейчас навстречу стаду. Он слышал неясный гул, ему было немного жутковато, но, несмотря на это, он хотел, очень хотел в тот решающий миг очутиться рядом с товарищами…

Юсупов быстро нашел общий язык с чабаном. Он предложил ему: нужно искать вожака. В табуне — это самый умный и сильный жеребец, который первым вступает в бой с волками, уводит стадо от опасности; нужно с ним искать контакт, на него воздействовать…

Но старый Шарип знал: у овец все по-другому… Отара — их дом. Если их испугать, они лезут друг на друга, жмутся в кучу. Только в толпе им хорошо. Правда, есть и такие, терпению которых наступает предел: страх становится сильнее успокаивающего действия стада. И тогда они бегут, а за ними стремглав летят другие, отрешенно, напролом, прорывая любую преграду… Нужно найти самых трусливых… И Шарип, сощурив узкие глаза, внимательно изучал отару.

— Пора!.. — наконец сказал он и первым выскочил из-за камня.