Выходит, не такие уж они и глупые, раз опасаются за свое будущее, не наделяя искусственный разум полномочиями. Законы человеческих миров категорически запрещают что-то подобное, по правде сказать, мало кому в голову может прийти такая мысль, просто по той простой причине, что синтетического разума такой силы у нашей науки попросту нет. Пожалуй, мы действительно от них отстаем, между нами настоящая технологическая пропасть от которой становится как-то не по себе. Впрочем, может статься, это не мы отстаем, а они бегут впереди, совершенно не зная броду!

Их развитие не подвержено обычной эволюции, серия управляется другими критериями. Скорее всего, их модель развития подразумевает геометрическую прогрессию, или нечто приближающееся к этому значению. Технологический процесс серии, как и их идеология стремится к сингулярности. Да, это еще одно место, где наши фантасты и футурологи, что называется, сели в лужу. Никакой технологической сингулярности на Земле не произошло. Ни в одночасье, ни постепенно. Люди просто коммерциализировали космическое пространство. Сначала околоземную орбиту, затем Луну, Марс и Венеру. Разведка сообщает, что периодически засекает подозрительную активность на Меркурии, но я отказываюсь верить, что огнепоклонники решились-таки переселиться туда. Уж очень страшное это место, впрочем, может статься, атмосфера там как раз соответствует их ожиданиям. Вид восходящего солнца с поверхности опаляемой им планеты поистине захватывает дух, правда, не всякий отважится на такое путешествие.

Разница в том, что мы остались людьми, а 2.0. нет. По крайней мере они изо всех сил стараются выглядеть так, словно с нами их ничего не роднит, просто из кожи вон лезут. Эта еще одна культурная особенность их общества. Общества, отрицающего и культуру, и общественные начала, впрочем, я отвлеклась.

– Скажите, а как я могу к вам обращаться?
– обратилась я к идущему впереди провожатому.

Мужчина замедлил шаг и тут же поравнялся со мной, его спутник последовал его примеру и пошел слева от меня.

– Можете обращаться ко мне 2.0.
– спокойно ответил делегат, глядя прямо перед собой.

– Это понятно, только слепой и глухой не заметил бы что вы самый настоящий 2.0., я имею ввиду, конкретно вас, а не принадлежность к серии или чему-то подобному. Я ведь не говорю о себе человек-Ребекка.

– А стоило бы, - сказал мужчина с черными волосами.

Мое терпение подходило к своему логическому концу. Я была готова взорваться, но природная сдержанность пока что останавливала меня от опрометчивых поступков. В конце концов, я здесь с важной миссией и историческим посланием, способным повернуть историю наших народов в совершенно иное русло.

– У вас есть имя?
– снова попытала я счастья.

– Нет, зачем мне оно?

– Хорошо, как вы себя идентифицируете?

– 2.0.

– И все?

– А нужно что-то еще?

– Конечно, какие-то особенности, что-то лично ваше, персональное, неповторимое.

– Разве каждое человеческое имя неповторимо?
– спросил мой ледяной юпитерианский друг.

– Имя становится персональным, когда его носишь, - я насупилась и скрестила руки на груди, мне сделалось очень неуютно среди этих человекоподобных машин, изо всех сил подчеркивающих свою а-человечность.

– Это лишний идентификационный паттерн, не привносящий никаких директив в системную логику. Для идентификации платы есть ее серийный номер, он считывается при отсылке отчетов на сервер. Серия не единое целое, но она видит себя в каждом отдельном юните, хотя в этом нет какой-то определенной потребности для каждого юнита.
– Он замолчал и добавил, - зато есть потребность для серии.

– Хорошо, какой у тебя номер платы?
– в этот момент я в первый раз схватилась за его плечо и почувствовала каменные мышцы под тонкой синтетической тканью.

– 78403ID1e346-467050443Gr4.2.sc, - отчеканил он.

– Очень...
– я задумалась, чтобы такого добавить, - интригующе. Наверное, в этом номере указывается и твоя профессиональная принадлежность.

– Да, как и уровни допуска. Мы закрытое общество. Часть информации никогда не доступна для большинства юнитов серии. В основном оттого, что они не все в состоянии будут ее воспринять. Таким образом мы сохраняем их от возможных проблем.

– О чем ты говоришь?
– моя рука плавно опустилась по его плечу, коснувшись острого локтя.

– О связующей пустоте.
– Больше мой собеседник не промолвил ни слова.

Меня провели в номер для гостей. Это было несколько совмещенных арочными проемами комнат. Стены были покрыты визуализационным материалом, впрочем, как я узнала в последствии, вся мебель и любая другая плоская поверхность способна была меняться под настроения хозяина.

– Вам что-нибудь нужно?
– спросил '4-я группа', так я про себя назвала своего персонального проводника.

– Нет, благодарю вас, если в этом номере есть душ или, еще лучше, ванна, то мне ничего больше не нужно.