– Вечно ты там прятаться не сможешь.

– Хорошо, что ты предлагаешь, спуститься вниз, или выйти и расстрелять эту штуку?

– Вообще-то, - голос оператора осекся, словно он сам был не уверен в том, что собирается предложить, - Я хотел посоветоваться.

– По поводу чего?
– я был настолько удивлен, что отложил винтовку и посмотрел вверх, на сводчатый потолок, словно ожидая увидеть там интерактивный экран с лицом моего собеседника, еще один маркер человеческого восприятия. Я буду фиксировать их все.

– По поводу фемейл.

– По правде сказать, я не лучший советчик по этой части, - ответил я, когда отошел от удивления. Ответ был вполне искренним, все что касалось фемейл меня не касалось. Находясь на Ио в качестве исследовательского юнита я не имел дела с историческими артефактами (так 2.0. 'ласково' именуют женский пол, прим. автора). Из моего нынешнего положения логичнее будет говорить 'жизнедеятельность', так вот, в ходе прошлой 'жизнедеятельности' мне приходилось встречать редкие артефакты моего вида, преобразованных фемейл 2.0. Это нормально, я не вытесняю чужое право на самовыражение, просто дело в том, что все эти несколько юнитов в скором времени отключали свои гендерные признаки на аппаратном уровне. Или, исходя из моего теперешнего 'бытия', правильнее будет сказать, делали себе операцию по отмене пола.

Редкие послы предков, являвшиеся фемейл проводили все время на управляющей станции, преимущественно в дипломатическом секторе, так что с ними имели дело другие юниты, полагаю, специально подготовленные к таким необычным встречам. Людей не пускали в наши миры, ни с исследовательской миссией, ни с какой-либо другой. Даже в случае, последовавшем в скором времени после 'падения и вознесения 12-ти', 2.0. отказались пропускать наблюдателей из дипломатической 'миротворческой миссии', прибывшей с военным флотом объединенных человеческих миров. Даже под угрозой объявления войны серия отказала предкам в праве посещения Ио и Европы.

Теперь это были наши миры и прелесть их заключалась еще и в том, что они были закрыты для людей. Мы пробурили вечную мерзлоту и погрузились на дно древних океанов, полных мистики и тайн творения, мы выстроили инфраструктуру и наладили сборочные цеха. 2.0. урезонили суровые условия спутников Юпитера, сделав их умеренными и податливыми в 'жилых секторах'. И всего этого нам удалось достичь за десятки лет не причинив практически никакого вреда экосистемам.

– Мне всегда казалось, что в дипломатическом корпусе есть юниты, обслуживающие интересы прибывающих послов, в числе которых могут быть и фемейл. Наверное, тебе проще будет опросить кого-нибудь из них.
– Сказал я.
– Наверняка они занимаются исследованием особенностей психических процессов предков и умеют подмечать какие-то конструктивные особенности для выстраивания более структурированного взаимодействия с людьми.

– У нас нет каких-то специальных юнитов для встреч с дипломатами, - сокрушенно произнес мой невидимый собеседник.

– Кто же в таком случае встречается и поддерживает отношения с предками?

– Это делают обычные юниты, такие как ты и я, посменно. Порядок назначения управляется Ментатами. В этот раз назначили меня.

– Сочувствую, - сказал я, и тут же подумал насколько это нелепо сочувствовать юниту, сидящему в самом сердце серии, находясь за 120 световых лет в пещере, которую охраняет 'нечто'. Но, честно говоря, даже сейчас не знаю, что бы я выбрал между моей ситуацией и проведением дипломатических переговоров.

– Честно говоря, думаю, теперь уже можно сказать.
– Голос на другом конце вздохнул, - девятеро, ты, и другие восемь юнитов и есть дипломатическая миссия. А вы самые настоящие послы. Вашей целью было поиск и налаживание раппорта а так же, при возможности принять и осознать получаемую информацию, привнесение директив в системную логику потенциальных контактеров. 2.0. изначально исходят из предпосылки о том, что дипломатическое общение возможно только с рациональными и гуманными существами. Не с 'разумными' и не с пребывающими в своеуме. Поскольку, предков сложно назвать и гуманными и рациональными, мы считаем директивно невозможными построение с ними дипломатических отношений.

– Это что же получается, я посол?

– В целом.

– А почему мне об этом никто не говорил?

– В этом не было необходимости к тому же при несложном анализе имеющихся данных, ты мог догадаться об этом сам, если учесть все аспекты твоей миссии. Любой, кому поручен поиск жизни за пределами солнечной системы отчасти является еще и дипломатом. Просто, возможно, эта особенность не основополагающая, а лишь 'одна из', скажем так, ее можно выделить из числа других в процессе синтеза информации, так что в каком-то дополнительном обособлении данная твоя директива не особо нуждалась. Да, ты посол, но правильнее будет сказать, что ты в довершении ко всему, еще и посол.

– Знаете, то, с чем я здесь столкнулся неохотно идет на переговоры. Сначала оно 'сбило' мой корабль, отключив на нем все аппаратуру, затем заманило сюда и теперь не дает покинуть эту пещеру. Не очень-то похоже, чтобы 'Оно' нуждалось в директивах серии. Сейчас я больше готов поверить в то, что иная форма жизни скорее настроена скептически, если не сказать враждебно. Она ждет и наблюдает, и недвусмысленно подталкивает меня к определенным действиям, и, если честно, мне бы не помешал совет, а еще лучше директива о том, что же следует предпринять.