– Дальше? – спросил Максим.

– На втором видео.

– Что?

Маша дёрнула свободной рукой, и в Дюзова полетела флешка. Он поймал и положил на стол. Компьютер "увидел" новое периферийное устройство, но доступ к содержимому преградило приглашение ввести пароль. Максим вопросительно посмотрел на Машу.

– Тот же, что и на моём ноуте, – колко отозвалась Маша.

Максим невесело ухмыльнулся. "Ты смотри, проницательная. Знает и про ноутбук, и про файл. Ей бы следаком работать… Или программа специальная комп мониторит?"

Флешка хранила два файла: "Апофис" и "Восстановление".

– Ствол опусти, – попросил Макс, не оборачиваясь к Маше, и запустил "Восстановление", – нервирует.

Экран почернел, дробясь на три части. Запись с уже знакомого Максиму спутника. Дата – 03.06.2037, он бросил недоверчивый взгляд на Машу.

– Ты смотри, смотри, там немного.

– Смотрю, смотрю…

Земля на первом экране имела непривычный вид: тяжёлая буро-жёлтая облачность скрывала очертания континентов.

– Это ядерная зима, – сказала Маша. – Она наступила после того, как метеорит поднял в атмосферу огромное количество пыли. А красные пятна – это извержения вулканов, сера делает атмосферу такой жёлтой. На видео – Килиманджаро.

Максим присмотрелся. Действительно, в некоторых местах облачный покров переливался ядовитыми красными вспышками.

– Это ведь модель…

– Нет, это реальность. Будущее, которое мы исправили.

Максим покачал головой.

– Что за бред…

– Смотри дальше.

Он повернулся к экрану. Секунда, и небо сделалось белым, засветилось так ярко, что изображение слилось в одно белое пятно. Когда свечение ослабло, и стало видно планету, Максим увидел знакомые очертания континентов и океанов, над которым плыли облака. Спутник смотрел на Африку, на спящий Килиманджаро.

– Что это? – спросил Максим.

– Восстановление из резервной копии, – ответила Маша.

В этом ответе было что-то простое, понятное и очень знакомое. В горле у Максима неожиданно пересохло. Перед глазами возникла Мариута Аргентиновна, беззвучно перебирающая губами, как рыба. За спиной начальника кафедры стоял бледный практикант, худой, как жердь. "Наша лаборатория занимается квантовыми восстановлениями", – сказал Захаркин. "Кстати, а вот если деньги… их тоже можно восстанавливать?" – спросил Дюзов. "Разумеется, – ответила Мариута Аргентиновна, – он работал над квантовым восстановлением".

– Булгарин? – спросил Максим.

Маша сжала губы и кивнула.

– Он что… восстановил Землю? – произнёс Максим медленно.

– Да, проект назывался "Воронка".

Максим кивнул, глядя куда-то в стену, сквозь неё.

– Я знаю, в это трудно поверить, – сказала Маша.

– А вот здесь ты чертовски права, – Максим сжал переносицу, опустил веки. – А зачем тогда… зачем он убил Пеликана?

– Ну, – голос Маши словно проникал через бесшумный водопад: делался тише, а не заглушался, – ты вот не убил, и что получилось?

Не открывая глаз, Максим дотронулся до шрама на лбу. Все эти "метеориты", "ядерная зима", "восстановление" упорно не хотели укладываться в голове, словно громоздкие детали пытались уместить в маленьких ящиках. Мысль старательно цеплялась за понятные вещи, за материалы дела.

– Как профессор узнал, что за ним придёт Пеликан? Как смог его устранить?

– Булгарин кое-что исправил в оцифрованной копии Пеликана, перед тем, как сделать дубликат.

– Что?

– Пеликан – это, если сильно упростить, набор данных, цифры, как файл. Если в него внести изменения, то после восстановления Пеликан будет немного другой. Как-то так.

Максим буравил Машу взглядом.

– Разумеется, это всё объясняет.

Он встал со стула, и Маша резко подняла руку с миниатюрным пистолетом.

– Не вставай… Максим, сядь на место…

– Иначе что? Выстрелишь?

– Сядь. Я не могу позволить тебе уйти, ты не должен добраться до Низама Дмитриевича.

– Именно это я должен был сделать с самого начала. – Максим покачал головой. – Маша, скажи… ты как со всем этим связана?

– Я… я следила за тобой.

– Скажи мне что-нибудь новое. Как давно? Зачем? Только ради безопасности Булгарина? – Он посмотрел на неё так, словно хотел ударить взглядом. – И все эти случайные встречи… не такие уж и случайные, верно? В магазине, у дома Лопухова… а когда я сам, сам приехал к тебе домой, чем не подарок, да? Объект под рукой, под полным контролем?

В глазах Маши блестели слёзы. Правую щеку разделила полоска влаги.

– Я не думала, честно, не думала, что так получится… не хочу больше ничего, не хочу…

Максим приблизился.

– Отдай пистолет, давай просто поговорим.

– Я не думала, что так выйдет… он убил тебя, но ты… ты… не умер… сначала лежал, как тот парень в лодке… а потом… ты проснулся, словно очень хотел жить, словно… я так больше не могу…

– Я не особо хотел жить, скорей, не хотел страдать – во снах было много боли, – сказал Максим, вынимая из ослабшей руки Маши миниатюрное оружие. – Какой парень в лодке? Тот, которого ты киркой?