Все расселись за столами, и тут появился новый персонаж, которого до сих пор видно не было. Судя по всему, это был их личный повар, француз.

– Dites-nous quels sont les plats que vous voulez faire de cette viande??
– обратился он к окружающим.

Его мало кто понял, кроме детей, судя по всему.

– Месье Филиберт, спрашивает, что вы хотите приготовить?
– перевел мальчик лет десяти с каштановыми кучерявыми волосами.

Один из отцов-охотников, посовещался со своими друзьями: мол, что они будут есть, пить, что чем закусывать?

Сошлись на паре бутылок шампанского и паре бургундского, прекрасной закуской для них признали лосиные котлеты, и поэтому, откашлявшись, он сказал:

– Мы бы хотели попросить приготовить нам котлет. Они будут уместны вполне, я думаю.

Мальчик перевёл ответ мсье Филиберту.

– Bien, - ответил мсье Филиберт, и моментально принялся за работу.

Тут же принесли старинные мясорубки с ручками, быстро прокрутили на них фарш, добавили специи, прочие ингредиенты.

Мангалы с тлеющими углями были уже расставлены, так что котлеты зажарили моментально, тут же вынесли фарфор из машин и расставили по столам.

Увидев это Борька прокрался к куче автомобилей, припаркованных на опушке, с надеждой, что, может быть, и ему найдётся, чем поживиться в багажниках этих машин.

Но для него там ничего не было... там он и увидел, и даже смог разглядеть подробно массу ружей, прочитать надписи на них, рассмотреть - что там ещё лежит. Но ничего полезного для кабанчика там не оказалось.

И тут Борька окончательно понял, что если шубохранилища и гардеробные таких людей, залы для бесполезных подарков и кухонные, ванные комнаты и персональные тренажерные с бассейнами и саунами, многоярусные гаражи и мастерские, домики для персонала, ПРОСТО НАБИТЫ такими вещами - то для него у них нет НИЧЕГО, и не будет никогда.

И эта мысль поразила Борьку и заставила вернуться в его кустики ни с чем довольно грустным. Он понуро опустился там на свой зад, а тем временем, компании, судя по всему, было неплохо и весело.

– Как говорил классик! "Еще бокалов жажда просит, Залить горячий жир котлет", - вскричал один из компании, и громко хлопнул очередной (третьей-четвёртой-пятой - никто уже не знает) пробкой шампанского, бутылку которого он только что достал из громадного ведра со льдом.

Бутылку разлили по бокалам, и слово взял один из охотников. Видимо он хотел произвести впечатление на окружающих - было видно, что готовился к этому своему куску речи:

– Мы собрались здесь, в этом живописном месте, - начал он, - чтобы в очередной раз доказать Природе, и себе самим, что именно человек является венцом её творения!

И вот именно это, - сказал он, жестикулируя подцепленной на вилку котлетой, - именно то, что мы не едим это мясо сырым, как дикие звери - а управляемся с ним рационально, превращаем его котлеты, обжариваем их, и уже приготовленными употребляем в пищу, именно это, - тут он высоко поднял столовый прибор, - и даёт нам основания полагать, что именно человек является венцом творения, и способен (и даже должен) управляться с Природой так, как он считает необходимым. Выпьем за человека, за Человечество, за нас с вами, друзья!!

И вся компания с удовольствием зазвенела бокалами.

Борька в это время недовольно сидел в кустах.

– Ага, человеки, венцы творения - а бедному животному даже нечем в машине поживиться. Хоть бы пачку чипсов оставили - и то! Не люди вы - ФАРШИСТЫ– вот вы кто!!! Звери - не люди!
– недовольно подумал он.

Но делать было нечего.

Зарывшись в листья, он угрелся и уснул...

Через несколько часов, когда Борька проснулся, на поляну уже никого не было - все уехали домой.

И мусор забрали.

***

Вот такие виды охотников бывали в лесу. Но с ними было легко

Там, где шли охотники - по-другому щебетали птицы, по-другому шелестели листья деревьев. Для леса они были чужими - поэтому он очень чутко реагировал на них, создавая вокруг зону отчуждения.

Поэтому обойти охотников не составляло труда - нужно было только уметь правильно прочитывать знаки и делать верные выводы на их основании.

Это у Борьки получалось хорошо.