– Вы сами должны понимать, что это оправданный риск, - вдруг произносит Бенджамин, - это наша единственная надежда.

– Слишком опасно, - качает головой Бланш, - мы не можем рисковать жизнями стольких Искупителей.

– Нам придется отправиться в бега, - вздыхает Гарван, притягивая к себе Бланш, - но мы и так всегда знали, что так будет.

– Мы должны были отправиться в бега, - вырывается Бланш, - а не сотня других Искупителей, которые не имеют к этому никакого отношения.

– Да о чем ты говоришь, Бланш?
– взрывается Скилар, - их забрали из дома, пичкали ложью, готовили к войне, воровали их силу, а после ты говоришь, что они не имеют к этому никакого отношения?

– Скилар прав, - тихо произносит Давина, - мы должны поступить так, как правильно. Есть шанс, что нас отпустят жить свободными, тем более, если правда об Искупителях предастся огласке. Люди будут на нашей стороне. Тристан же продолжит убивать людей и отнимать нашу силу. Кристиан был победителем. Через пару дней придут за нами. Мы должны это сделать.

Я бросаю на Давину взгляд и снова удивляюсь тому, сколько храбрости в девушке, которая казалась мне лишь тенью сильных мужчин дворца Спасителей. Меня даже коробит то, с какой легкостью она принимает решения, от которых у меня волосы встают дыбом. Но мы все прекрасно понимаем, что она права. Я представляю, как Тристан с победной, мерзкой улыбкой отбирает силу, от которой еще недавно я бы самовольно отказалась, и меня начинает трясти. Кажется, только сейчас я впервые поняла, что это значит на самом деле - быть Искупительницей. Мой дар - это не просто бремя, отобравшее у меня родителей. Это то, что делает меня той, кто я есть, и помогает мне бороться.

– Ближайший Совет через неделю, - тихо говорит Док, - слушайте внимательно. На Совете будут присутствовать послы всех четырех регионов. Охраняют Советы двое Хранителей и двое Членов Элитного отряда. Внутрь никого не пускают без особой необходимости. Вам придется стать этой необходимостью.

– Мы должны будем предупредить других, - бормочу я, - они должны знать, что делать, когда это произойдет.

– Бежать сломя голову?
– фыркает Скилар.

– Им всем нужно будет скрыться. Иначе их убьют. Сам понимаешь.

– Разделим обязанности.

Док садится по-турецки в центре комнаты и выуживает из своего халата кусочек мела. Мы все наблюдаем за тем, как его тонкие пальцы выводят линии на полу.

– В день Совета - перед выполнением плана, пока все, включая короля, будут в зале - Эланис, согласно моим указаниям, откроет дверь и украдет Стигму.

– Это звучит дико просто, - приподнимаю брови я.

– Предоставь всю техническую часть мне. Что бы там ни было внутри, ты будешь к этому готова. Архитектор, о котором я тебе рассказывал, оставил мне полные чертежи катакомб Солнечного города. Ты будешь знать это место вдоль и поперек прежде, чем войдешь туда. Но я не могу подготовить тебя к людям, с которыми ты столкнешься внутри, - Док внимательно смотрит на меня, - ты готова к этому?

Мне хочется уверенно кивнуть, но выходит лишь сдавленное движение головой. Больше всего на свете мне хочется быть сильной, когда во мне нуждаются, но сомнения окутывают мое сердце. Что, если я подведу их? Король ни о чем не печется сильнее, чем о собственной шкуре; Оракул - страшная женщина, и разве могу я думать, что они просто позволят мне украсть то, что так тщательно ото всех скрывали?

– Ты отправляешь ее на смерть, - рявкает Нора, - король наверняка заставил всю комнату членами Элитного отряда и Хранителями, которые убьют ее, как только она откроет дверь. Она, конечно, Искупительница, но не бессмертная.

– Нет, - качаю головой я, - но на моей стороне есть преимущество. У меня есть принц. Док, ты сказал, что магию Просвещения можно использовать и перенаправлять? Могу ли я заглушить Хранителя, просвещенного королем, чтобы его просветил Адриан?

– Технически, это возможно, но...

– Тебе никогда это не удастся, - пренебрежительно заканчивает за него Бланш, - такая магия требует годы тренировок, а ты даже мышь не просветишь.

Спасибо за здравую оценку моих способностей, Бланш.

– Возможно, я - нет, но Давине удастся, - говорю я.

Давина моргает, изумленно глядя на меня. Она нерешительно мнется и протягивает:

– Кажется, я могла бы это сделать...с твоей помощью.

Если мы с Давиной просветим Хранителя, то он будет защищать нас ценой собственной жизни, а это, без сомнений, выгодная поддержка перед лицом короля. Возможно, у нас будет шанс.

– Ну и почему мы должны верить принцу?
– не унимается Бланш.
– Почему ты так уверена, что он не побежит жаловаться папочке, что ты пытаешься украсть его игрушку?