Неподалеку от меня стоит высокий мужчина в черном костюме дорогого покроя. В правой руке он держит бокал вина, а левой пробегает пальцами по карманам брюк, как будто отсутствие оружия раздражает его. По спутанным темным волосам я узнаю в нем Эйдана - без плаща он выглядит куда менее угрожающе. Понятия не имею, что он тут забыл в качестве гостя, но он совсем не выглядит, как тот внушающий страх человек, что забрал меня из сарая. Не дав себе толком возможности подумать, я устремляюсь к нему.

Находясь в двух шагах от него, я замечаю, что перед ним стоит молодая блондинка в пышном платье цвета морской волны. Не успев передумать, я хватаю его под руку и одариваю ослепительной улыбкой:

– Нехорошо красть девушку из собственного сарая и оставлять в одиночестве, капитан Эйдан.

Оба поворачиваются ко мне с ошеломленным видом - девушка приоткрывает милый ротик, опешив от неожиданности, а Эйдан оторопело смотрит на свою руку, как будто я пронзила его мечом.

Он приходит в себя, прочищая горло, и в недоумении смотрит на девушку перед собой.

– Ну, думаю, она тебя не отпустит, - пожав плечами, говорит она.
– Ой, прошу извинить мою грубость. Давина Круиз, верная слуга его величества.

Я всматриваюсь в девушку и с удивлением замечаю, что у нее разноцветные глаза - один карий, а другой - зеленый. Когда-то давно мне рассказывали, что это - отметка отпрыска дьявола. Думаю, это делает ее исключительно ценной в мире Просветителей. Она присаживается в низком реверансе, а затем, наблюдая за моим растерянным видом, с усмешкой поясняет:

– Искупительница.

Вот это уже интересует меня куда больше. Я представляюсь, но Эйдан обрывает меня на полуслове, схватив за руку:

– Вы уже насиделись в своей комнате, мисс?

– О да, спасибо за беспокойство, - передразниваю я.

– Что ж, вам стоит стать терпимее, ибо вам придется провести там много долгих, изнурительных часов.

Я не понимаю, к чему он клонит, и приподнимаю брови:

– Приму к сведению.

Он сильнее сжимает мою руку, но его лицо остается неподвижным:

– Иными словами: какого черта вы тут забыли, Эланис?

– Меня пригласил принц.

– Его величество не приказывал принцу следить за вами. За вами слежу я. А это значит, что вы можете приходить на подобные мероприятия только в том случае, если я это разрешу.

– Не видела ваше имя в списке членов королевской семьи.

Он вздыхает, затем отпускает мою руку и кидает раздраженный взгляд в сторону Адриана, который по-прежнему ведет беседу с послами. Я мысленно запоминаю, что члены Элитного отряда подчиняются только королю, а принцы и принцессы не имеют на них большого влияния. Сомнительная иерархия. Скорее всего, дело в том, что они все просвещены, как и Хранители.

Значит, надо держаться от Эйдана подальше.

– Ладно, мой промах, - уже спокойнее произносит он.
– Я обсужу этот нюанс с его величеством и дам вам знать. А пока наслаждайтесь собой.

– Только не уходите!
– умоляюще вставляет Давина к недовольству Эйдана, - мне не терпится услышать о вас как можно больше. Знаю, мы увидимся на тренировках, но я хочу знать, какая вы на самом деле. Пока Оракул не сделала из вас холодное оружие.

– Холодное оружие?
– мгновенно настораживаюсь я.

Эйдан бросает на Давину убийственный взгляд.

– Кажется, кого-то так и не научили молчать. Очень ценное качество для девушки, должен заметить.

– Ты не мой начальник, - скрестив руки на груди, фыркает Давина, - к тому же, она все равно рано или поздно узнает.

– И это абсолютно не твое дело.

– О боже, Эйдан, ты хоть когда-нибудь устаешь быть таким занудой?

Он ухмыляется, вежливо отводя мою руку.

– Когда ты не ведешь себя безрассудно.

Они обмениваются пронзительными взглядами, забывая о моем существовании. Это, безусловно, было бы мне только на руку, но не сейчас, когда они нужны мне совсем для других целей.

– Чего хочет Оракул?

– Ничего страшного, - не дав Давине ответив, отрезает Эйдан.
– Она научит вас всему, что понадобится, чтобы вы служили королю.

– Как именно служила?

– Как ему служат члены Элитного отряда. Хранители.

– То есть быть его живым щитом?

Эйдан разворачивается ко мне, слегка приподняв брови.

– Вам не кажется, что бал - не лучшее место для подобных разговоров?

Он слегка ухмыляется, что переполняет чашу моего терпения. Я хватаю его за руку и придвигаюсь ближе, опускаясь до шипящего шепота: