Я внимательно смотрю на Давину, но чувствую только накатывающую тошноту. Стать фавориткой Эйдана? Добровольно обменять свою свободу на деньги, которые уже никому не помогут? Да я лучше сбегу и сложу голову, чем позволю Эйдану так гнусно насмехнуться над моими чувствами. Я говорила все это вовсе не для того, чтобы разделить с ним ложе, а потому...господи, какая же я глупая.

При всем этом я не осуждаю Давину. Я понимаю, что ею движет. Если я могу морщиться в ответ на такие слова, то лишь потому, что отвечаю только за себя. Давина же давно поставила себя на последнее место. И я не стану подставлять ее из-за глупой, никчемной ревности.

– Можешь не беспокоиться, - медленно произношу я.
– У меня нет намерений становиться фавориткой кого бы там ни было - капитана или принца. Или самого короля.

Давина кивает, но в глазах у нее стоят слезы.

– Спасибо, Эланис, ты не представляешь, сколько твои слова для меня значат. Если я когда-нибудь что-то смогу для тебя сделать...только скажи.

Я киваю в ответ и бреду прочь из Солнечного города, но разум мой затуманен. В Лакнесе всегда ходили слухи о фаворитках королей, наложницах принцев, но все это оставалось лишь на уровне слухов. Если Адриан и был известен своими похождениями, то Эйдан...поверить не могу, что эта новость так меня потрясла.

Я стараюсь выкинуть капитана из головы, но какая-то странная надежда, появившаяся во мне, теперь заменилась вопиющим чувством пустоты. Почему-то еще никогда я не чувствовала себя такой одинокой.

– Эй, бестолочь!
– кричит Нора, когда я вхожу в комнату.
– Вот, как ты готовишься к испытаниям? Еще лишь восемь, а ты уже пришла прилечь! Ну что взять с глупой девчонки!

Я подхожу к своей кровати и будто во сне опускаюсь на нее. Нора замечает, что что-то не так, и обеспокоенно приближается ко мне.

– Ну-ну, детка? Что-то не так?

В моей голове каша. Я поднимаю глаза на Нору и несколько неуверенно произношу:

– Скажи, Нора...капитан Эйдан...сколько у него фавориток?

Нора запинается и старательно прячет глаза.

– Ни к чести девушке задавать подобные вопросы.

– Ты не ответила.

– Больше, чем тебе хотелось бы знать, - вздыхает Нора, - о точном числе мне неизвестно, но за время моего проживания во дворце всякие слухи ходили. Девочка моя, он все же мужчина.

– Я знаю. Я говорю про сегодняшний день. Сколько у него их на данный момент?

Нора долго смотрит мне в глаза, и пожимает плечами.

– Не могу знать.

Я вздыхаю, закрывая лицо руками.

– Детка, - говорит Нора, присаживаясь рядом и похлопывая меня по плечу, - неужто ты влюбилась в нашего капитана? Ты уж никак забыла, зачем во дворец явилась?

Я молчу, потому что не знаю, что сказать. Нет, я не забыла. Просто в какой-то момент все запуталось, и я позволила себе больше, чем должна была. Мой промах.

– Вспышка страсти может погубить тебя, Эланис, - шепчет Нора мне на ухо.
– Любовь - это вообще абсолютно ненужное осложнение. В твоем положении она - последнее, с чем тебе нужно справляться. А капитан...не тот он человек, который тебе нужен.

Я киваю, но не поднимаю глаз, чтобы Нора не видела моих слез. Мне так больно, потому что кто-то вдруг взял и разделил мою жизнь на то, что мне иметь позволено и на то, что осталось по ту сторону баррикад. Я думаю лишь о том, что должна была выйти замуж, родить детей и жить в тихой деревушке у озера. Моя жизнь должна была быть наполнена обычным житейским счастьем, как у моих родителей. Но я здесь. Борюсь неизвестно за что и отстаиваю чьи-то убеждения.

Может, все проблема в том, что я сама не понимаю, кто я такая.

Нора похлопывает меня по плечу и начинает осторожно раздевать.

– Поспи, дорогая. Завтра тебе станет легче.

Мама всегда так говорила, когда у меня что-то шло не так. И, что удивительно, утро всегда наступало, и дышать действительно становилось легче. Но мамы здесь нет, и я не знаю, подействуют ли на меня целительные слова Норы. Я ведь даже не могу точно сказать, что расстроило меня больше - ревность к Эйдану или обида за все то, что у меня отняли. Теперь у меня лишь два пути - в фаворитки к мужчине, к которому я испытываю чувства или во главу полка, который отдаст свою жизнь за якобы правое дело. Прекрасные перспективы.

Я хлюпаю носом, но, когда моя голова касается подушки, забываюсь быстрым сном благодаря ласковой колыбельной Норы.

Мое утро начинается с головной боли, громких ударов в дверь и чьих-то криков. Я отрываю голову от подушки и вижу Адриана, который сердито пытается протиснуться в комнату мимо моей служанки.

– Ваше высочество, ниже вашего достоинства врываться в комнату к молодой, неодетой девушке!
– верещит Нора, уперев руки в бока, - какие слухи пойдут по дворцу?