«Ты просто невозможна», – сказала Хелен, направляясь к автомобилю.

«Ага, с первого же момента нашей встречи, милая», – ответила Никки. Хелен открыла машину и обернулась. По выражению ее лица Никки поняла, что Хелен вспомнила их первое столкновение, почти враждебное противостояние их сильных характеров. Она гадко ухмыльнулась. «Готова поспорить, что если бы ты тогда имела представление о том, что случится по окончании моего трехлетнего заключения, в ту же секунду перевела бы меня подальше от Ларкхолла».

Но Хелен мягко встретила ее взгляд. «Я вчера сказала, что ни за что не оставила бы твое дело. Я готова подтвердить каждое слово».

Усмешка сползла с лица Никки, слова Хелен задели ее за живое. «Я готова ответить за каждое слово. Без тебя у меня ничего бы не вышло».

Хелен выглядела польщенной, но что говорить дальше не знала. Никки подошла к пассажирской двери. «Я есть хочу», – напомнила она, взявшись за ручку.

Кафе не отличалось особым убранством, но многолюдность была хорошим показателем качества кухни. Никки и Хелен прошли за столик, который только что освободили двое молодых людей, одетых в деловые костюмы. Тут же подошла официантка, убрала грязные тарелки, протерла стол и оставила меню.

Никки огляделась. «Ты тут частый гость?»

«Частенько тут завтракала, – сказала Хелен. – Особенно после…» Она осеклась.

«После того, как разошлась с Шоном?» Тон Никки был саркастичным.

Хелен выдвинула подбородок. «Старая история».

«Ах, ну да, – согласилась Никки, – Но мы не говорили об этом. Лично, по крайней мере». После паузы, она продолжила. «Мне жаль, что он сделал тебе больно. Особенно когда на глазах у всех поджег свой свадебный костюм. Не думаю, что ты много потеряла, избавившись от него. Но я понимаю, для тебя это было не самое легкое время». Она подняла глаза и увидела робкую усмешку на лице Хелен. «Я знаю, что ничем не сделала его легче».

Хелен задумчиво передвигала перед собой столовые приборы. «Не думаю, что ты вообще когда-либо понимала мою позицию, Никки».

Слова были очень осторожны, и Никки заставила себя не реагировать инстинктивно на обвинение, кроющееся под ними. Предыдущим вечером, лежа в кровати, она неоднократно говорила себе, что не может вскидываться на все так, как делала это последние несколько лет. Не может, если хочет, чтобы эти отношения получились.

«Я прекрасно ее понимала, Хелен, – восстановив самоконтроль, ответила Никки. Она надеялась, что с практикой это будет получаться лучше. – Понимала, просто не могла уважать ее». Никки выставила вперед ладонь, останавливая Хелен до того, как она успела гневно заговорить. «Это не значит, что я не уважала тебя, Хелен. Но уважать твою позицию, я была не в состоянии. Я пыталась выжить и добиться тебя. Пока ты несла весь этот бред о своей работе, я понимала, что именно ты хочешь этим сказать. Но я не хотела этого слышать. Это просто прикончило бы меня». Никки потянулась и взяла ее за руку. «И что бы ты делала, если бы я согласилась с твоей точкой зрения? Что если бы в первый раз, когда ты вызвала меня к себе в офис, и сказала, что ты – Никки скривилась, подражая выражению лица управляющей, – абсолютно гетеросексуальна, я бы согласилась с тем, что между нами быть ничего не может? Что если, когда ты пришла ко мне позже… ко мне, а не к Шону, не к твоей подруге Клэр, а ко мне… пришла расстроенная и плачущая из-за всего дерьма, которое творилось на твоей работе,… что если я не поцеловала бы тебя тогда? Где бы ты была сейчас?»

Хелен беспокойно смотрела на их переплетенные пальцы. «Я не знаю», – тихо сказала она.

«Поверь, я не уважала твою позицию, но я также думаю, что в глубине души ты от меня этого и не хотела».

«Ах, Никки…». Хелен прервалась, пытаясь найти слова. Никки поняла, что Хелен старается изо всех сил, и нежно сжала ее руку. «Просто это было очень сложно».

Никки безрадостно усмехнулась. «На моем месте тоже было очень нелегко». Она отодвинула свою руку, когда подошла официантка принять заказ. Во время этого вынужденного перерыва она сформулировала то, что хотела сказать дальше. Никки дождалась, пока официантка отойдет, и наклонилась вперед. «Хелен, хочу, чтобы ты знала, я действительно понимаю, как много ты для меня сделала. Я знаю, что для этого ты поступилась своими принципами и пожертвовала несколькими годами своей работы». Она опустила голову. «Я также знаю, что, когда ты в последний раз ушла из Ларкхолла, ты не только спасла мою апелляцию, но и упустила шанс выкинуть оттуда этого ублюдка Феннера. Я понимаю, чего тебе это стоило».

Хелен еле заметно вздрогнула. «Это был мой собственный выбор. И я нисколько не жалею о том, что сделала».

«А я не могу сожалеть, о том, что сделала я, – Никки улыбнулась, – В конце концов, это и привело нас к тому, где мы сейчас».

«Согласна, – Хелен поджала губы, – Вот только где мы, Никки?»

«Я считаю, что мы должны понять это раньше, чем продолжим отношения. Потому что, Хелен, – Никки встретилась взглядом с зелеными глазами, – ты никогда не сдавалась, если речь шла обо мне».

«Никогда», – Хелен улыбнусь.

«Но ты сдалась, когда речь зашла о нас».

Эти простые слова были как сокрушительный удар под дых. Она задохнулась и на некоторое время потеряла дар речи. В этот момент подошла официантка и поставила перед ними тарелки с едой, которую ни одна из них уже не хотела. Хелен уставилась перед собой и напряженно пыталась собраться.

Рано или поздно ей все равно пришлось бы столкнуться с этой темой. Хелен смотрела в карие глаза, которые, казалось, знают о ней все.

«Никки…», – начала она и замолчала, не зная, что сказать.

«Ты сказала, что вы с Томасом расстались». Никки вымученно улыбнулась. «Кто принял это решение?» Хелен пристально посмотрела на Никки и заметила выражение ее лица. Оно резко изменилось, став той маской циничной отчужденности, которую она часто надевала на себя в Ларкхолле. «Пожалуй, мне не стоило бы указывать на то, что глупо было встречаться с ним только из-за того, что ты изо всех сил борешься со своими лесбийскими чувствами. Особенно учитывая то, что он был единственным парнем, который бы все равно это заметил».