Никки закрыла за собой дверь и прислонилась к ней. С закрытыми глазами она боролась с нестерпимым желанием опуститься на пол, свернуться клубком и никогда больше не вставать. После нескольких глубоких вдохов она смогла выпрямиться и подойти к дивану. Просто обставленная квартира была безликой, в ней не ощущалось ничего, что говорило бы о том, кто живет в ней. Вдоль одной из стен была маленькая, совмещенная с комнатой, кухонька, где стояли стол и два стула. Все остальное пространство занимали два побитых временем кресла, диван, журнальный столик и стеллаж, на котором стояло несколько книг. Почти всю площадь крохотной спальни заполняла большая двуспальная кровать. В ванной места хватило только для того, чтобы там разместились душевая кабина и унитаз. Надо сказать, что по сравнению с камерой и эта квартирка казалась, чуть ли не царскими палатами.

На край стола, который стоял рядом с диваном, Никки вытряхнула содержимое карманов: зажигалку, пачку сигарет, ключи, мелочь и, в числе прочего, свое новое приобретение, которое с ухмылкой взяла в руки. Бесспорно, за время ее заключения в сфере технологий произошли большие изменения.

Рухнув на диван, она с легким щелчком открыла маленький телефон и набрала номер, который знала лучше, чем свой собственный. Слушая гудки, она вытащила из пачки сигарету, прикурила и звучно выдохнула.

«Стюарт».

«Привет, это я».

«Привет, Никки».

Как всегда приветствие заставило ее улыбнуться. Никки с облегчением услышала, что Хелен больше не злится. Наверное, она уже простила ей этот завтрак. «Похоже, у меня, наконец, появился телефон. И я хотела сообщить тебе номер».

«Подожди секунду, я найду куда записать».

Ожидая, Никки смотрела на вьющийся и исчезающий в воздухе дым сигареты.

«Записываю».

Никки отодвинула от уха телефон и, глядя на приклеенную к телефону бумажку, куда продавец предусмотрительно записал ее номер, продиктовала его Хелен.

«Это мобильный?»

«Ага, представляешь, я в 21 веке. Сможешь достать меня где угодно».

«Приятно слышать», – нежно сказала она.

«Хелен, – она прервалась, чтобы затянуться, – мне правда жаль, что утром все так получилось. Я хотела, чтобы этот завтрак прошел совсем не так».

В трубке слышалось мягкое дыхание Хелен. «Я знаю, Никки». Она помолчала еще какое-то время. «У меня не было намерения причинить тебе боль тем, что я была с Томасом. Все было не так, как казалось».

«Мы не были вместе, – Никки сглотнула, – Вот от чего больно. Не то, что ты была с кем-то другим, хотя мне хотелось…». Она прервалась.

«Чего?» Ее голос был нежным и подбадривающим. «Чего тебе хотелось?»

Никки покачала головой, зная, что Хелен не видит этого. Равно как и не может видеть выражение ее лица. «Думаю, я хотела сказать, что мне хотелось бы, чтобы на его месте была женщина. Мне было бы проще, если бы ты была с кем-то вроде Клэр».

«Я не понимаю этого, – сказала Хелен, озадаченно помолчав. – Как это может чем-то отличаться?»

Никки почувствовала себя беспомощной. Как она могла кому-то объяснить то, что не вполне понимала сама? «Все потому что… Хелен, я лесбиянка настолько, насколько это вообще возможно. Мужчины меня совершенно не привлекают».

«Я знаю».

«И я абсолютно не понимаю, что другие женщины в них находят. То есть, головой-то, наверное, понимаю. Но тем, что касается внутреннего содержания, не могу понять. Наверное, так же как и абсолютные натуралки не понимают, что я нахожу в женщинах. Мы совершенно разные. Я просто не понимаю, что такого особенного может дать тебе мужчина. А когда человек чего-то не понимает…».

«Он этого боится, – внезапно, в голосе Хелен послышалось какое-то озарение. – Боже, Никки, так вот почему ты так ревновала к Доминику. Ты боялась, что я расстанусь с тобой ради мужчины?»

Никки с трудом восстановила сбившееся дыхание. «Ты и рассталась со мной ради мужчины».

«Нет, я бросила все, потому что мне было слишком тяжело». Хелен говорила жестким, непререкаемым тоном. «Мне нужно было пространство, чтобы я могла делать свою работу. Весь этот беспорядок из-за Феми и бунт, были еще одним показателем, что я не могу быть объективна, когда в события была замешана ты. Никки, я очень хотела быть с тобой, но не могла. Расставание для меня было единственным способом выжить. Но я никогда не прекращала любить тебя. Я не могу обвинять тебя в том, что ты не веришь мне, но это правда. Я всегда любила тебя».

«Даже когда была с добрым доктором?»

«А почему, как ты думаешь, он меня бросил?»

Голос Хелен исказился, и незаметно для Никки, уголок ее рта приподнялся.

«Милая, все именно так, как я говорила. В Томасе было все, что я искала в мужчинах, но этого оказалось недостаточно. Всегда чего-то не хватало, и в какой-то момент я поняла, что ни один мужчина никогда не даст мне этого. И, возможно, ни одна другая женщина тоже. Не знаю. Могу только сказать, что только с тобой ощущения, что чего-то не хватает, не было».