– Что-то подобное, - согласился он негромко.

– Что-то, - возможно, его хриплый голос, а возможно, его взгляд, которым он одарил меня, - послало тепло через меня.

– Мы должны быть на месте не позже часа, - напомнила я ему, пока его грузовик месил грязь на дороге.
– Если ты думаешь, что будет тяжело, то просто не знаешь, что произойдет, если мы опоздаем, и индейка высохнет.

Мы заехали в чащу вековых сосен, таких высоких, что они выглядели как гигантские часовые, наблюдающие за территорией. Кэл остановил грузовик, припарковав его на лужайке.

Он выключил зажигание и склонил голову набок, захватив мой взгляд своим пронзительно голубым.

– Ты же знаешь, каким образом восстановить колено на физиотерапии?

Я, молча, кивнула. Мой желудок совершил сальто, когда он протянул свой палец и провел по моей нижней губе.

– Спорим, ты не знала, что у меня тоже есть некоторые навыки в области физической терапии…

Я хотела ответить, что действительно знаю об этом, так как мы спали вместе за последние две недели больше полтора десятка раз. Но как только я раскрыла свои губы, он скользнул пальцем внутрь, затрагивая нежную плоть моей губы. Желание прикусить было настолько сильным, что сопротивляться не было сил. Я укусила за кончик большого пальца. Его зрачки расширились, а челюсть сжалась, пока он наклонялся ко мне.

– Если ты в игре, то я могу снять напряжение. Что скажешь, Би?

В горле вдруг стало сухо, как в Сахаре, и я смотрела на его красивое лицо.

Обед будет подан в час, Белинда. Голос матери так и звучал в моей голове, и я тяжело сглотнула. Но мы опоздаем и...

И что? Индейка, в любом случае, - самое сухое мясо из всех сортов мяса в мире, и кроме того, у нас всегда много подливки. Все равно обед не будет приятным, если мы прибудем туда вовремя. Он будет дерьмовым в любом случае, прибудем ли мы туда в час или два.

Я как раз собиралась сказать ему, когда он сократил разделяющее нас расстояние и произнес напротив моего рта, прижимая свои губы к моим губам с каждым словом:

– Сейчас двенадцать пятнадцать. У нас есть еще полчаса, чтобы доехать. Я не хочу нахваливать себя, но могу заставить тебя кончить дважды, и еще останется десять минут в запасе.

Дрожь пробежала через меня, а я пыталась решать примеры в голове, но, черт возьми, какое это имело значение? Он уже заставил меня притормозить.

Я издала небольшой стон и бросилась на него, обрушивая свои губы и обнимая за широкие плечи. Меня не волновало, что все происходило средь бела дня, и что какой-то случайный прохожий может выйти на нашу маленькую полянку. Все о чем я могла думать - это о нескольких минутах блаженства и освобождении, которое Кэл мог дать мне.

Я только начала, когда он отстранился, издавая суровый смех.

– Если ты хочешь, чтобы я выполнил свое обещание, то в твоем случае лучше оставаться хорошей девочкой, пока я работаю. Поняла?

Я, молча, кивнула, сердце бешено стучало в груди, как продавец стучит в двери домов. Он положил руку на грудь и прижал меня спиной к двери, потом наклонился и отстегнул мой ремень безопасности. Он согнул одну мою ногу и закинул ее на спинку сидения, а другую прочно поставил на пол, широко раздвигая их. На мне была надета юбка в честь праздника, и она задралась до талии во время его действий. Одобрив вид, его голодный взгляд сосредоточился на моем нижнем белье персикового цвета.

– Как бы не сложилась сегодня ситуация с твоей мамой, не слушай ее разговоры про вес, чувствуй меня. Потому что это?
– он провел пальцем мимо моего пупка, спустив его на мои бедра и резко сжав их.
– Вся эта недвижимая собственность…сводит меня с ума.

Он отстегнул свой ремень безопасности и наклонился в мою сторону, прижав губы к внутренней части одного бедра, а затем к другому.

Яркий, солнечный свет был приглушен только тенями сосен, нависающих над нами. Я едва сдерживалась, чтобы прикрыть себя. Одно дело, когда мы были в душе. Его лицо было на одном уровне с моим лицом. И большую часть времени мы совокуплялись, а потом занимались сексом в его постели. Сегодня он первый раз увидит меня вблизи полностью обнаженной, без какого-либо прикрытия. Тревога, которую он пытался разрядить, поднялась на новый уровень. Без вариантов, я не смогу кончить в таком состоянии и в таких условиях. Он сошел с ума.

– Слушай, Кэл, может…

Сделав глубокий вдох, я проглотила все остальные слова, как только он прикоснулся своим ртом к моему клитору. Мои пальцы рефлекторно сжались, и я схватила его за темные волосы.

– Иисус, - сказала я на выдохе. Тепло его рта возвысило меня, испаряя всю негативную энергию и наполняя меня другим видом напряжения. Он вдохнул запах моего возбуждения и указательным пальцем отодвинул мое нижнее белье в сторону. Я хотела держать глаза закрытыми, чтобы не смотреть на свой животик и бледную кожу в ярком свете дня. Но когда он расположил свои плечи так, что одна моя нога обернулась вокруг его плеч, и погрузил голову, поглощая мой стянутый комок нервов, я ничего не смогла поделать. Мои глаза распахнулись, и я уставилась на него. Выражение его лица было напряженным, как-будто кроме меня ничего другого в мире не существовало. Его язык снова исчез, погружаясь глубже, облизывая мой ноющий клитор. Мои соски набухли и уперлись в мой свитер.