– Да, не. Не придут.
– Как то не очень уверенно сказал водяной.
– Я прослежу за этим. Если что - никакие взятки пивом не помогут. Ладно, давай пробу снимем. А то в горле пересохло.

– Ага, пересохло. Водички попей, вон ее целая река. Сначала искупаюсь пойду.

Я встала, скинула сарафан, оставшись в симпатичном купальнике в цветочек.

Посмотрев на воду, которая в темноте казалась черной, я осторожно сползла в реку с мостков, и поплыла, стараясь не нарушить тишину плеском воды. Савка мерзко хихикал, глядя на мой сполз к речку. Ничего не могла с собой поделать. Хоть и плавала неплохо, но панически боялась нырять в глубину.

Ммм, как хорошо-то! Жаль только что таких вечеров-ночей мало выпадает за лето. То погода подкачала, то просто настроения нет, а то работа покою не дает. Перевернувшись на спину, я раскинула руки. Теперь меня не напрягал даже поход на кладбище. Я медленно сплавлялась вниз по реке, на небе зажигались первые звезды. Казалось что небо просыпается, открывая яркие глазки.

В тумане я наткнулась на резвящихся на отмели русалок, причем резвились поганки вместе с теми остолопами, которые мне сегодня жалобы приносили! Честная компания меня узнала, и попыталась скрыться, но наткнувшись на ловчий барьер они весело (по крайней мере - мне было весело) отлетели в воду.

Побарахтавшись там, и приняв наименее неустойчивое положение - мелкие пакостники кинулись наперебой меня уверять, что конфликт улажен обоюдным примирением сторон и претензий ни у кого никаких нет. (И где только слов-то таких нахватались умных?) Я погрозила им кулаком и барьер сняла. Поганцы и поганки радостно кинулись наутек и науплав.

Выбравшись на противоположный берег, я по росной траве направилась к мосткам, плыть обратно против течения не хотелось. Переправившись через реку по шаткому мостку, я накинула полотенце на плечи, и присоединилась к водяному.

– Наплавалась?

– Ага, - потягиваясь, сказала я.

– Ну, тогда давай бери, я тебе уже пиво нацедил, - Савка протянул мне кружку, и как бы, между прочим, сообщил - У нас в округе, говорят, упырь завелся или еще какая гадость - в Дымках шестерых порвал, в Осиновке трех. Как бы к нам не пожаловал, Осиновка то рядом совсем.

– Упырь или что-то на подобии - это плохо, - прихлебывая пиво из глиняной толстостенной кружки, ответствовала я, - но из Осиновки к нам одна дорога - через твой мост. Поставь там караульного, и как это гадство мост переходить будет - утопи,

– Экая ты хитрая!
– возмутился Савка - Я здесь кто - участковый водяной, точнее старший оперуполномоченный по Озеркам! А не старшая участковая ведьма, как некоторые. Ты меня в должности выше, значит опыта и полномочий больше имеешь - вот сама и топи!

Старший оперуполномоченный помолчал и тихо проникновенно так добавил - А в Дымках этот, с позволения сказать упырь - мага участкового порвал. По кусочкам собирали. А маг там, сама знаешь, опытный был. Он ведь только перед самой пенсией в деревню перебрался из Столицы, на спокойную должность захотел. Вот оно как вышло то.
– Савка смахнул пьяненькую слезу. Хмелел он вообще быстро, еще во время учебы мы частенько пользовались этой его слабостью для своих проказ.

– Хм, странно, я ничего про это не слышала, - удивилась я.
– Непонятный упырь какой-то получается, опытных магов на кусочки рвет. Эту нежить завалить то не стоит ничего. Мозгов нет, тупой, даром, что на рожу страшный. С ним и селянин с вилами справится. Кстати, спохватилась я, а ты откуда знаешь про этого упыря, да еще в таких подробностях?

– Да, приходили тут ко мне, из Осиновки, - водяной покраснел как свекла.
– Вот и рассказали, что у них там творится.

Понятно. К Савке приходила зазноба из соседнего поселения. Я усмехнулась. Девки липли к нему как мухи... на мед. Очаровывать дам Савка умел и любил. За что часто бывал бит мужьями прелестниц, которые приходили выражать свое недовольство ветвистым украшением, внезапно появившимся на их голове.

Савка, каждый раз клялся, что "больше ни-ни", но держал клятву до первого смазливого личика. А после водяной кричал, что он влюбился раз и навсегда, и застрелится, нет - утопится, или даже сбросится с крыши Академии, от большого чувства.

После расформирования нашего подразделения, он не переменился, убедившись, что девушки с перефирии ничуть не хуже городских барышень и менее привередливы. Правда он немного поумнел, и в том селе где работал не бедокурил.

Мы замолчали. Савка задумчиво смотрел на реку, я попивала изумительно вкусное пиво. Ночь вступала в свои права медленно. Небо из темно-синего, стало черным. Выкатился месяц, весело склонив рожки к земле. Тумана на реке уже не было, воздух был тих и прозрачен.

Сколько лет прошло после конца света, или правильнее сказать – конца нашего мира? Много прошло… я уже не считаю. Всё началось без громов и молний, без взрывов и криков. Всё началось с того, что в городе появился дракон. Посреди улицы. Солнечным днём. Он был чёрным и огромным, выше пятиэтажного дома. Машины с визгом тормозили, люди останавливались и глазели на дракона, а дракон глазел на людей. Кто-то все же завизжал…

Мы выскочили из магазина, услышав крики. Люди наконец испугались. Дракон был прекрасен.