– Ну, разумеется! Я же только что именно это вам и сказал. Хотя, если честно, мне бы этого искренне не хотелось. Кстати! Я думаю, что пора исправить еще одно маленькое недоразумение.

– Привет, братик!
– раздался у Марка в голове приятный девический голосок.
– Я очень рада, что мы теперь снова сможем с тобой дружить!

– При-вет.., - мысленно поздоровался с ней мужчина, после чего остатки сознания покинули его бренное тело, и он, завалившись на бок, рухнул на тот же диван, на котором до недавнего момента и восседал. Чашка выпала из его рук. Пятно от кофе очень портило вид дорогого ковра.

– А он не слабоват?
– Ученый, оглядев лежащее перед ним в обмороке тело.
– Ты не ошиблась?

– Отзвук хороший, четкий. Совместимость по резонансу тоже прекрасная. А то, что не выдержал моего глубокого сканирования и отключился... Вы, братики, от природы хрупкие, и я тут совершенно ни при чем. У тебя никто право выбора не отменял, братик Андерс. Тебе это все нужно больше, чем мне.

– Хорошо, - кивнул старик.
– Доверюсь, твоему опыту. Если согласится, пусть присоединяется к остальным. Но только решение он должен принять сам. Ты же понимаешь?

– Я никогда не позволяла себе вам врать и тем более манипулировать сознанием братиков! Если ты об этом, - с едва уловимой обидой "в голосе" ответил Рой.

– Разве?
– наигранно изумленно поднял бровь Доктор Андерс.
– А почему тогда рой инопланетных насекомых говорит о себе в единственном числе, рассуждает человеческими категориями и говорит женским голосом? Что это, как не манипуляция сознанием?

– Братик, это совершенно иное! То, что ты перечислил, это всего лишь способ не казаться вам чудовищем! Вы, люди, ведь так боитесь всего, что от вас отличается... А я очень сильно от вас отличаюсь, - с явным сожалением в "голосе" добавила Сестренка.
– Но я вам не враг! Я не хочу, чтобы меня боялись! Пришлось подстроиться... Я уже не знаю, как вам всем доказать, что я вам - друг! Я и обучаю вас по мере сил, и условия, выставленные мне вашими главными братиками, вроде возможности отказаться от дружбы, или не рассказывать одному человечку про другого, соблюдаю. А все равно, кто-то нет-нет да и усомниться...

– Прости...
– Человек тяжело вздохнул. Он не хотел обижать Сестренку. Просто. Просто так нечаянно получилось. Он ведь всего лишь человек. Маленький и слабый. А еще - очень уставший человек.
– Прости, я не хотел... тебя обидеть. Когда он очнется, объяснишь ему все, ладно? Мне кажется, что тебе это будет сделать проще.

– Братик, а когда ты успел меня обидеть-то?
– задорно "хихикнул" Рой.
– Что-то я такого не помню. Старая, наверное, стала... Склероз.

***

Сознание возвращалось к человеку медленно и неохотно. Мужчина и сам не понимал, что именно с ним только что произошло. Его не кололи, не били... и даже этот несчастный кофе, на который можно было бы все списать, он не успел даже пригубить. Просто в один прекрасный момент у него сильно разболелась голова, потом в ушах раздался писк, а затем он провалился в темноту. Не самое правильное, надо заметить, поведение при беседе со столь уважаемым и авторитетным человеком, как профессор Кольман. Марк вдруг почувствовал сильный стыд за этот свой проступок, хоть он, вроде как, и не был ни в чем не виноват.

Далее последовало осознание того, что лежит он все на том же диване, все в том же кабинете господина профессора. Причем находится он тут совершенно один.

На расположенном у самой дальней от него стены письменном столе то и дело моргала лампочкой пафосная настольная лампа.

– Сестренка, а чего лампа моргает? Ток, что ли, в сети скачет?
– почему-то произнес, он. Да, может быть, это была совсем не та фраза, не в том месте и не в то время, и адресованная не тому собеседнику, но его почему-то упорно не отпускала мысль об этой чертовой лампе и о том, почему она мигает.

– Не знаю, братик. Может, она просто старая и вот-вот сломается?
– отозвался Рой.

– Я извиниться хотел перед тобой.
– Человек, наконец-то, позволил себе привстать с дивана и сесть на него нормально. В глаза Марку бросилось пятно на ковре. На явно очень дорогом ковре.
– Ты ведь тогда, наверное, и в самом деле не виновата была? Это... это просто я сам с чего-то решил, что ты можешь, но просто не хочешь деда вылечить.

– Я так и поняла. Я не могла ему помочь. Правда хотела, но не могла. Братик, я, к сожалению, не ваш бог. Да, я сильнее, умнее, гораздо старше, и, в силу своей физиологии, как личность фактически бессмертна. Но это не делает меня всемогущей.

В воздухе на какое-то мгновение повисла продолжительная пауза, мужчина уже в который раз собирался с мыслями.

– Ты ведь в курсе всего того, что со мной случилось, да?
– наконец решившись, поинтересовался он.

– Ты про контролера своего старого сектора? Теперь стала в курсе. Хочешь знать, ищет он тебя или нет?

– А такое возможно? Он спрашивал тебя про меня?
– сердце Марка снова бешено заколотилось.

– Да, спрашивал, - согласно "кивнула" Марку собеседница.

– И что ты ему ответила?

– То же самое, что и остальным, - "пожал плечами" Рой.
– Что я общаюсь с каждым индивидуально, но не рассказываю одним про других. Это было одним из основных условий договора между мной и вашими главными братиками.

– А он?

– Сказал, что от меня пользы никакой. Братик, я все понимаю, но это дело прошлое. А твое прошлое уже закончилось. Может быть, попробуешь хоть чуть-чуть пожить настоящим? Оно тоже будет интересным. Могу это гарантировать.