последовала пена для бритья того же названия.

– Ой, дай понюхать, - Женевьева вцепилась в упаковку с туалетной водой, -

ужас как люблю нюхать мужской парфюм.

Распаковав коробку, прыснула на руку, понюхала и вынесла вердикт, что вода

очень даже ничего.

– А где второй флакон?

– А зачем? – удивилась я.

– Как зачем? Ты хочешь, чтобы оба мужика пахли одинаково?

– Им-то какая разница? Потом купим.

– Давай дальше.

Я достала джинсы, футболки, пару рубашек, затем нижнее бельё. Женевьева,

увидев «боксёры», покачала головой.

– Думаю с этим у нас, вернее у них, - кивок в сторону мужчин, - могут

возникнуть проблемы.

– Это с какой радости? – удивилась я, - здесь всё самое необходимое. Все

мужики это носят.

– Ты меня не поняла. Вспомни, из какого они времени. Тогда такого просто-

напросто не было!

– Ладно, там видно будет. Буди своего Сержа и отправляй в ванную.

– Женевьева потрясла Сергея Павловича за плечо. Тот моментально проснулся

и обеспокоенно огляделся, но, увидев Женевьеву, успокоился.

– Давай, вставай, – начала подруга подготовку к операции под названием

«Помыть пращура», - пойдём со мной.

Сергей встал и последовал за Женевьевой. Та провела его в ванную и

постаралась всё доходчиво объяснить. Правда, не думаю, что он понял.

– Ну вот, вроде одного пристроили, - усаживаясь за стол и протягивая руку к

бокалу, - устало произнесла Женвьева.

Не успели мы пригубить вино, как дверь в ванную распахнулась, и появился

озабоченный Сергей Павлович.

– У вас, случайно нет бритвы? – спросил он.

Ах да, совсем забыла о том, что мужчинам иногда следует бриться.

– Держи, - протянула ему упаковку со станками.

– Что это?
– изумился Сергей.

– Этим бреются, иди уже. Пенку не забудь.

На лице мужчины отразилась целая гамма чувств, но преобладало

недоумение.

– Ладно, давай покажу.

Я распаковала станки и провела лезвием по руке.

– Вот так води по щетине. Да, и вот ещё, - я взяла пену, встряхнула баллон и

нажала на крышку. Показалась белая субстанция.

– Это намажешь на щёки и подбородок. Всё ясно?

– Вроде да.

– Тогда иди, мойся. Кран не забудь закрыть.

– Я помню, Женевьева объяснила, – задумчиво рассматривая станки, Сергей

Павлович, наконец, удалился в ванную.

Прошёл почти час и всё это время из-за двери слышались охи и вздохи.

Наконец дверь слегка приоткрылась и показалась голова Сергея, а затем и

рука с «боксёрами».

– Что это?

Я чуть не прыснула со смеха. Женевьева оказалась права: не знает он, как

носить мужские трусы.

– Жэк, объясни ему, что да как.

– А почему я? Ты купила, тебя и объяснять.

Хороша логика.

– Слушай меня. То, что у тебя в руке, надо надеть под брюки.

– Но это слишком маленькое. Как это можно носить?

– Главное надень, а там разберёшься. Запомни, этикетка должна быть сзади, а

полоска спереди.

– А что такое этикетка?

Пришлось показать. Мужчина смутился и захлопнул дверь. Послышалось

сопенье, кряхтенье, затем появился наш гость.

Ого, а он ничего, увидев посвежевшего мужчину, констатировала я. Взгляд

опустился с лица на грудь. Так, с футболкой он разобрался, а вот то, что было

ниже, вызвало у меня приступ гомерического смеха. Сергей приноровился к

джинсам, но молнию застегнуть не сумел и подвязал их верёвкой. Из

гульфика выглядывали белые панталоны.

– Жэка, теперь твоя очередь объяснять, - согнувшись от смеха, я едва смогла

произнести.

Правда, взглянув на подругу, поняла, что и та не в состоянии дать

вразумительного разъяснения.

Взглянув на лицо Сергея, поняла, что тот находится на грани истерики.

Пришлось взять себя в руки и как можно осторожнее попытаться пояснить

мужчине, в чём его ошибка.

– Подойди сюда, - позвала я его.

Тот послушно приблизился, присел на диван, прикрывшись покрывалом.

Я, достав вторые джинсы, предназначенные Мишелю, показала принцип

действия молнии.

– Понятно?

– Кажется да, - Сергей Павлович поднялся и, не выпуская из рук покрывала,