— Вельз, — одно слово метиса, и зеленоволосый беззвучно уходит следом. Должно быть, следить за своим командиром.

Следопыт, чтоб его.

— Ты мне объяснишь?.. — спрашиваю негромко, но в голосе прорываются истерично-требовательные ноты.

— Ты мне нужна.

Сердце делает резкий рывок вниз.

— Нужна для того, чтобы изменить этот мир, — пристально глядя в мои глаза, продолжает Трой.

А теперь вниз летит вся моя самооценка.

— Изменить этот мир? — переспрашиваю и сжимаю челюсть до боли.

— Ты ведь уже поняла это. Просто не хочешь признаться себе. Даже в мыслях, — голос Троя звучит тише, доверительней, а я вдруг понимаю.

Одобрение моего недовольства системой; полное отсутствие авторитетов; игнорирование правил Централи; обособленное, почти не подконтрольное существование со своим собственным внутренним сводом законов; требование беспрекословного подчинения…

— Вы готовите переворот, — процедила, глядя на него, как на самое опасное существо на земле.

Но взгляд Троя заставил меня отступить от него ещё на шаг.

— И вы хотите, чтобы я была с вами.

— Твоё умение управлять Грешниками очень нам поможет, — криво улыбнулся Трой.

— Я…

— Что? — он склонил голову набок, а в его взгляде появилась сталь, — Сбежишь? Расскажешь законникам? Или доберёшься до Централи и сообщишь об этом главнокомандующему лично?

Я сглотнула. Я ничего не могу — не когда я сама нахожусь в розыске больше пяти лет.

— Я не хочу в этом участвовать, — сказала уверенно, чётко проговаривая слова — чтоб до него дошло.

— Но ты уже в этом участвуешь, — парировал Трой, — Ты сбежала из секретной лаборатории, ты умеешь управлять зараженными, тебе, как никому, известно, что из себя представляет истинное лицо Централи.

— Это не моя война, — я отступила ещё на шаг.

— Не твоя? — Трой жестоко усмехнулся, — Ты всё это время убегала, думая, что тебя найдут и вновь вернут в клетку, ты выживала, не имея шанса остановиться и задуматься — а что вообще произошло с этим миром. А с ним произошёл жестокий эксперимент, в котором ТЕБЕ, моя радость, выпала не самая плохая карта, более того, ты, считай, вытянула туза по сравнению с теми, кого съели в первые годы после выпуска вируса.

— Зачем его вообще выпустили? — почти прошептала я, стараясь не думать о том, как он прав.

— Догадалась… — Трой не спрашивал, он констатировал, — Ты — неглупая девочка, Рин. Вот только ты разучилась мыслить широко. Ты думаешь только о себе, и я могу тебя понять. Но ты видела, что творится за воротами Централи, ты видела, как стираются с лица земли целые деревни, видела, как сотнями гибнут люди — и ты ни разу не захотела что-нибудь сделать.

— О, только не говори мне об этом, — я покачала головой, а на моих губах появилась какая-то болезненная улыбка, — Не тебе об этом судить, сын Централи. Ты всегда был защищен, ты был подготовлен к Миру После, ты сидишь за стенами базы, окруженный датчиками движения, имеющий хлеб и воду, имеющий теплую подушку под головой и команду тех, кто защитит тебя от любой угрозы.

— Не забывай, что я сам могу защитить себя от любой угрозы, — оскалился Трой, — И всего этого я добился, чётко идя к своей цели.

— Только не надо мне… — начала, было, я, как остановилась: выражение его лица говорило само за себя, — Вы планировали это ещё с момента обучения?..

То, что Аст был в курсе его планов, теперь было очевидно.

— Я планировал это с тех пор, как вирус был выпушен, — отрезал Трой, — Потому и выжил. Потому пришёл в Централь. Потому стал тем, кто я есть.

— Что, хочешь сказать, что в четырнадцать лет понял, что на самом деле произошло и начал придумывать изощрённый план мести тем, кто сотворил все это с нашим миром? — не без сарказма спросила я.

— О, моя история отличается от всего, что ты можешь себе придумать, — вновь оскалился Трой, и в его глазах сверкнуло уже так знакомое мне безумство.

Я непроизвольно сглотнула.

— Вы поэтому и подружились с Астом, так? — чуть тише спросила я, — Потому что оба хотели отомстить.

— Отомстить? Это глупое слово. Я хочу вернуть этому миру божеский вид, — криво усмехнулся метис.

— И ты, конечно, уверен, что знаешь, каким должен быть мир, — сарказм вновь вырвался и залил ядом все мои слова.

Как такой изломанный человек, как Трой, может быть уверен в том, что хорошо, а что — плохо?

— От скверны можно излечиться. Это факт. И не просто излечиться — можно вывести этот вирус из нас. Вывести его также, как когда-то ввели.

Я прищурилась.

— Если это действительно возможно, то почему так до сих пор не сделали? — спросила недоверчиво.

— Глупая, наивная Покахонтас, — Трой покачал головой, глядя на меня даже с лёгким сочувствием, — Неужели ты думаешь, что те, кто это сделал, сделали это случайно?..