Из леса он выбрался уже на закате. Не потому, что раньше не вышло, и не потому, что тянул с возвращением до последнего, а просто так было оговорено: десятый день, за час до заката. Рэлек аккуратно отсчитал и дни, и часы. Точность для каждого пастыря - это любимая жена, и нужно хранить ей верность , чтобы она отве чала тебе взаимностью.

Никлаш тоже оказался точен , и показался на опушке всего через пару минут после друга . П равда, шагал Дрозд не из леса, а со стороны холмов. Перепрыгнул ручей, подошёл к поваленному дереву, уселся рядом. Будто до ветру ненадолго отходил и вот - вернулся обратно.

– Неба, Ник.

– Ясного, Рэль.

– Как прошло?

– Да так же, небось, как и у тебя.

– У меня - хорошо.

– Вот и я об этом.

Никлаш полез в карман, достал сэндвич - два куска свежей сдобы и ломоть копчёного мяса посередине.

– Вот, кабанчика сам подколол. Ещё в лесу, вчера, так что всё по-честному... Ну, почти по-честному. Хлеб с обеда остался. Будешь?

Улыбнувшись, Рэлек помотал головой и протянул другу кулёк из листьев лопуха, полный черники.

– Ты безнадёжен, - Ник вздохнул, - как можно протянуть десять дней на ягодках и корешках?

– Можно. Я ведь протянул. А кроме ягод есть ещё грибы.

– Хех... твоя нелюбовь к мясу - это притча во языцех. Если ты похудел хоть на фунт, Фабен будет зол.

Это у стрелков называлось "прогулкой налегке". Между Хельбом и Дицхольмом лежит полоса густого леса, лиг в четыреста шириной. Пять дней пешком туда, пять - обратно. Там, на месте, отметиться на посту у ворот, и сразу же возвращаться. Из леса выйти строго в оговорённое время, к закату стоять перед наставником Фабеном. Весь путь предписывалось проходить поодиночке, из снаряжения с собой иметь: походный ранец, верёвку и охотничий нож. Одежда - только та, что на себе... Ах, да, ещё винтовка и два "хольда" - обычный арсенал стрелков - но так как использовать оружие по назначению позволялось лишь для самозащиты, то в этом походе оно обычно играло роль груза. Вместе с запасом патронов выходило фунтов под пятнадцать - не так уж мало для десяти дней блуждания по лесному бездорожью.

С лёгкой руки Эйвора Страгоса "прогулка налегке" получила второе прозвище: "выживалки". По его словам, на этом испытании изредка погибали даже подающие надежды нойды . Про близость Межи не стоило забывать ни на минуту; если стрелок расслабился - значит, стрелок уже мёртв.

"В любом незнакомом месте у вас есть два проводника, - говорил им Страгос, напутствуя перед первыми "выживалками".
– Первый из них - ваш страх. Втор ой – ваша интуиция. Подружитесь с обоими, научитесь им доверять и правильно понимать их советы - тогда нигде не пропадёте. Первый предупредит об опасности, вторая поможет выбрать верный путь."

Рэлек уже чувствовал: у него получается. Проходя через Хельбский лес в третий раз, он всё время ощущал рядом своих незримых проводников. Ни страх, ни интуиция его не подвели - путь до старого лагеря и обратно на сей раз и впрямь показался немногим труднее обычной прогулки. Впрочем, за три с четвертью года эти безлюдные, почти необжитые места стали ему как родные.

Чтобы нойды не помогали друг другу по дороге, их запускали на "выживалки" с разницей в сутки. Никлаш вернулся вчера, а сегодня просто вышел к условленному месту - встретить... нет, не Рэлека, конечно.

– Ник, я видел Флину в дне пути от Дицхольма. Так что она выйдет завтра.

– А я с ней разминулся, - Никлаш растянул губы в кислой улыбке.
– Досадно до чёртиков... Ладно, давай сюда свою чернику, отнесу в лагерь. Без неё тебе бежать будет ловчее.

– Твоя правда, - Рэлек встал с дерева, поправил на груди ремень винтовки.
– Побегу, а то Фабен и впрямь разозлится.