Граграр Акон

Ждать, пока выйдет Сирил, приходится безумно долго, и Граграр Акон уже чувствует легкое покалывание в надбровных дугах, связанное с нетерпением.

– Всему свое время, - тихо отвечает на его невысказанные мысли Кандориум Вард, - если вы хотите получить то, зачем пришли, то придется для этого немного постараться.

Акон, сидящий на спинке кресла, резко машет хвостом. Намек прозрачен, но зачем Вард намекает об этом ему, а не Сирилу?

– Кто он, Азнагиль Ларак?
– спрашивает Акон.

– Правая рука Хранителя Дэнорда. Дэнорд отвечал за обработку данных, прежде чем те попадали в Хранилище.

– Серьезная личность, - замечает Акон.
– А что Ларак? Что вы можете сказать о его характере?

Вард смотрит в пол.

– Ларак из Альвейрайара. Человека из Альвейрайара может понять только человек из Альвейрайара, а таковых не осталось.

Акон хочет продолжить свои расспросы, но в этот момент стена пропадает, и из кабинета Азнагиля выходит Кайрен Сирил. У него бледное измученное лицо.

– Прошу вас, Граграр, - раздается голос Ларака.

Уполномоченный представитель Миракан поднимается, складывает руки в церемониальном приветствии и проходит в кабинет Хранителя Ларака.

Кайрен Сирил

Сирил садится на место Акона и смотрит прямо перед собой.

– В чем дело?
– спрашивает Вард.

– Все в порядке, святейший, - отвечает Сирил.
– Просто Хранитель Ларак, как мне кажется, не слишком понял, о чем я говорил.

– Не расстраивайся, - Кандориум улыбается, - Ларака сложно понять, но сам он тебя понимает прекрасно. Так что не бери в голову.

– Хорошо, - Сирил кивает.

Граграр Акон выходит через пять часов, чуть покачиваясь из стороны в сторону. Вслед за ним появляется задумчивый Ларак, который, как кажется Сирилу, совершенно не устал. Вард поднимает на него глаза.

– Мне нужно подумать, - Ларак машинально разглаживает рукав своего комбинезона.
– Я свяжусь с вами, когда буду готов сообщить свое решение.

Сирил смотрит на возникшую стену и думает о том, как же все-таки просто принимаются решения, способные изменить судьбы целых народов.

Я свяжусь с вами, когда буду готов сообщить свое решение... Но каково будет это решение?

Азнагиль Ларак

Ларак поддается веками отточенному инстинкту и отправляется туда, где чувствует себя лучше всего - к маяку Харларгуэз. Азнагиль устраивается на нагревшемся за день камне, прислоняется спиной к исполинскому зданию, щурится и рассматривает фиолетовый горизонт. Тени облаков неспешно проплывают по камню, на котором он сидит, Ларак не шевелится - он уже давно отвык двигаться, если в этом нет прямой необходимости. Чайка с криком пролетает почти у самого его лица, и это заставляет Азнагиля вернуться к тем мыслям, которые представляются ему сейчас наиболее важными. К мыслям о двух существах, между которыми он должен выбрать. Сначала решение кажется ему очевидным, но через некоторое время Азнагиль начинает сомневаться.

– Не больше двух суток, - шепчет он одними губами, тем самым обозначая для себя время, когда решение должно быть принято.

Итак... Азнагиль неожиданно чувствует настоятельную потребность пройтись, поднимается, неторопливо бредет до кабины телепортатора и называет один из городов, в котором, по его предположениям, Кандориум Вард не появится. Азнагиль выходит на ярко освещенную улицу. В этом городе уже ночь.

Граграр Акон и Кайрен Сирил. Один представляет свой народ, второй - достаточно сложную империю под названием Лэр.... Впрочем, Лэр ничуть не хуже Н'оферат, здесь не стоит слишком придираться.... В ближайшее время должен произойти взрыв сверхновой, которую Азнагиль идентифицирует по старым каталогам как VC40 - 31910. Технологии Лэра и Миракан - Азнагиль надеется, что это название ему удалось запомнить правильно - не позволяют избежать взрыва или хотя бы защититься от него. Технологии Н'оферат позволяют, но еще более печально, что у Лэра и Миракан фатальные разногласия. Таким образом, если открыть технологическое наследие Н'оферат - а открывать придется все целиком, а не по частям, в этом Ларак уверен - обоим, то это непременно приведет к войне, а война с подобным оружием сотрет обе цивилизации в порошок или в лучшем случае низведет их до примитивного уровня. То же самое выходит, если не открыть Хранилище никому: Миракан, насколько понял Ларак со слов Акона, не могут улететь сами, а Лэр, это уже по невнятному лепету Сирила, хоть и организовывает какое-то сомнительное переселение, но очевидно, что ничем хорошим это начинание не завершится. Значит, придется открывать кому-то одному. Но какая культура более ценна? Миракан или Лэр? Или, если подходить с другой стороны, то существование какой культуры менее опасно?

Неожиданно что-то отвлекает Азнагиля, он останавливается и внимательно смотрит на серое здание прямо перед ним. Что-то смутно знакомое.... Кажется, здесь жил кто-то, кого Азнагиль Ларак любил.... Но кто это мог быть? Мужчина или женщина? Счастливой ли была эта любовь? И когда она была?... Нет, Азнагиль не может вспомнить, помнит только, что любил, да и то слишком смутно. Ларак бросает недоверчивый взгляд на темный куб и идет дальше.

Акон или Сирил? Что будет, если огромную лавину знаний обрушить на одну несчастную цивилизацию? И кого эта лавина раздавит быстрее: закостеневших людей Лэра или рвущихся в бой Миракан? Хотя на самом деле и это неважно, во главе угла должны стоять интересы Н'оферат. А Н'оферат на данный момент тождественен Азнагилю Лараку.

Азнагиль в последний раз оборачивается, чтобы посмотреть на таинственное здание, и идет дальше.

Кандориум Вард

– Я видел много людей, - нарушает тишину Граграр Акон, - но этот самый неприятный. Мне казалось, что он рассматривает меня так, словно пытается увидеть все мои недостатки.

Вард печально улыбается. Он знает, что так оно и есть. Это манера Ларака, которую сложно забыть. Учитывая невероятную популярность, которую этот человек приобрел в последние дни исхода Н'оферат, его личность широко обсуждалась в информационной сети.