Зарывшись в библиотеке города, я возвращался из архивов только поздно ночью, ужинал и сваливался в горизонтальное положение, просто не имея сил на разговоры.

"Аведы", "стоящие на Страже", везде и всюду обильно поливались грязью, хорошенько смешивались с пылью, высушивались и... Исчезали.

По каноническим текстам, получалась странная история: "Аведы" пришли в Тримирье одними из первых. Точнее, именно с их приходом, этих миров стало Три.

Договорившись с людьми, как основной перворасой, "Стражи" заняли границы и больше 700 лет охраняли их, верой и правдой. Появившиеся "вторые" - пакарры, гаффлинги и чуть позже - эльфы, человеческую расу пробовали на зуб больше тысячи лет, умываясь кровью еще на границах.

А "стражи" делали вылазки в приграничные миры, вырезая зарвавшихся правителей в собственных постелях.

И, вот и первая странность - стояли на страже, не покидая границ и одновременно - "вырезали правителей".

Возможно, были "спецчасти", как вариант...

А возможно и нет...

Две тысячи лет пограничных конфликтов заставили соседей научиться жить мирно и подписать "мировую".

"Стоящие на страже" ушли охранять общие границы, пополнив свои ряды новобранцами из числа всех рас, что подписали Договор.

А еще через 280 лет, первый мятеж "Аведы", закончившийся крупной резней в столице Тримирья, Маргоне.

За четыре десятка лет, мятежей было еще три и последний оказался столь эффективен, что не только стер столицу с поверхности планеты, но еще и заставил объединяться всех, чтобы разодраться со "стражами".

Которые - внимание!
– так и держали границы, не покидая охраняемых территорий!

Война против "Авед" длилась 10 месяцев и закончилась полным разгромом "стражей", их проклятьем и высылкой за пределы Тримирья.

Странности, нелепости и несуразности громоздились одна на одну, затмевая собой небеса.

То, один "Страж" в бою равен двум сотням рыцарей, а то, 45.000 войско прошло вдоль границ и вырезало более 75% боевых отрядов пограничников!

Бред?

Вот и я говорю - бред!

Через пару столетий, в разгар стычек с Тчарнами, все уже трижды пожалели, что избавились от "Аведов".

Впрочем, с этой войной тоже было много странностей и вранья.

Три древнейших профессии мирового общественного мнения: История, Журналистика и Статистика, вновь подогнали факты, переписали их в угоду необходимости и набрали стат материал, для своего оправдания.

Ничего не меняется, хоть у власти люди, хоть - эльфы, гаффлинги и пакарры.

Ну и гномы, куда ж от них...

Библиотека славного города Норнэлл, запрятанная в самое основание летающего острова, охраняемая спустя рукава и почти пришедшая в упадок по причине отсутствия читателей, былым своим великолепием поражала: хоть годы и потрудились, разрушая красоту каменной резьбы на стенах, завитушках перил огромных лестниц, потолке и каменных шкафах, вырезанных из цельного куска камня, тем не менее - оставались ясно различимы, а то, что отвалилось, легко дорисовывала фантазия.

По просьбе Тофина, меня сопровождал младший библиотекарь, тонкий, словно прутик веника и предпочитающий помалкивать и прятать свое лицо в тени капюшона.

На мои просьбы, "работник чернильницы и чернил", лишь кивал головой, подтаскивал книги и молчком прятался в тени, не отвлекая на себя внимание.

Особым его расположением ко мне служил тот факт, что он таскал мне обед прямо в библиотеку, нарушая все установленные правила.

Я честно звал его с собой, за стол, первое время, получая в ответ покачивание головы и тихое "Приятного аппетита".

На составление первичной картины я потратил больше двух недель - растратил я весь свой талант правильно задавать вопросы, растратил.

Пожирая пирог с птицей, одновременно бегал глазами по строчкам книги.

Каменная библиотека, оказалась на диво превосходным хранилищем - бумага и пергамент казались свеженькими, а чернила и позолота - словно вчера из-под руки мастера-переписчика.

– Плюнь. Говенная это книжка.
– Жан плюхнулся на стул, напротив меня.
– Бестолковая и брехливая. Привет, Най.

– Привет, Жан.
– Я отложил кусок пирога на тарелку.
– Каким ветром?

– Лучше, прочти вот эту.
– Вместо ответа, Жан положил передо мной книгу в обычном, красном переплете.
– А потом... Зайди к нам. Отец хочет с тобой познакомиться - раз. И библиотека у нас, удобнее - два!

Молодой эльф встал из-за стола и кивнул на прощанье, растворившись в каменной тьме, словно его и не было.

Книга, которую Кин обозвал "говенной", таковой, в сущности своей и являлась: автор путал даты, имена военачальников и названия городов. Путал так постоянно, что закрадывалась мысль, что делает он это неспроста.