Черт побери, стоит ли мне говорить, что я все знаю? Если я этого не сделаю, то она будет всегда жить в страхе, что однажды я узнаю все и отвернусь от нее. Данте не был частью меня, она была. Она была моей половинкой, дополняя мужчину, коим я был, и мужчину, которым я так отчаянно хотел стать для нее. Моя душа возродилась вместе с ее и была послана сюда, чтобы мы отыскали друг друга. Любовь не осуждала вашу родственную душу за действия, которые были неподвластны ей. Истинная любовь была болезненной, пожалуй, самой болезненной вещью, которую нам доводилось испытывать на Земле, но в тоже время она не была осуждающей: она избавляла от чувства стыда и освобождала от того, что мы считали в себе неидеальным, потому что человек, который любил, был выше этого. Любовь, в моем понимании, это нечто чистое, настоящее, терпеливое и бесконечное. Я буду любить ее и боготворить все то время, что нам было уготовано. Любовь, подобная нашей, была сильной, пылкой и прекрасной. Ничто, что бы она ни сделала в своем уме, не могло опорочить чистоту нашей любви.

— Фэй. — Я поднял руку, нежно обхватив ладонью ее щеку, тогда как мое сердце наполнилось радостью лишь от простого прикосновения к ней. — Я прекрасно знаю, через что ты прошла, и что ты коришь себя за это. Это было насилие, детка, и неважно, что ты там себе говоришь, или что он тебе говорил.

Ее дыхание сбилось, а дрожь начала сильнее сотрясать тело. Бл*дь, сможет ли она когда-нибудь оправиться от этого?

— Тебе все известно? — спросила она мягко.

Я знал, что она меня спрашивала о том, что показал мне Кенни, и мне было необходимо сказать ей, что я видел худшее, что произошло с ней, но все равно любил с той же страстью и жаждой, с которой всегда делал это.

— Ты сказала в своем сообщении, что нить сейчас разорвана, но у нас она никогда не разорвется. Возможно, она износилась на короткий промежуток времени, но она никогда не порвется. Я знаю, что он сотворил с тобой, и я прекрасно в курсе того, что он украл твои воспоминания и пичкал тебя ложью. — На бледном лице Фэй отразился стыд, когда она опустила взгляд, но я поднес палец к ее подбородку и приподнял голову, пока ее глаза вновь не посмотрели куда и должны были — на меня. — Никогда не смей стыдиться того, что произошло. Ты — жертва, Фэй. Такие мужчины, как Данте, умеют настроить твое собственное тело против тебя. — Я знаю, это было тем, что съедало ее, и я практически задохнулся, когда думал об этом и говорил, но ведь, прежде чем она узнала правду, она получала удовольствие от того, что они разделили. Однако это было естественная реакция ее тела. Я хотел помыть свои глаза и память хлоркой от всех тех образов, но я не мог наказывать ее больше, чем она делала это сама.

— Мне так стыдно, — задохнулась она словами, ее крошечные вздрагивания заставили сжаться мое сердце. Я хотел исцелить ее и забрать боль, но это было не в моих силах.

Я притянул крошечное женское тело к своему, располагая ее голову на груди, опустив свой подбородок на ее голову, когда мои руки заключили ее в объятия. Слезы Фэй пропитали мою футболку. Все, что я хотел, это избавить ее от всепоглощающей боли.

— Сможешь ли ты полюбить меня вновь, Кейд?

Ох, бл*дь, я практически умирал от ее боли.

— Ты знаешь, что я вижу и чувствую, когда смотрю на тебя? — Она подняла руки, чтобы стереть слезы со своего лица, и покачала головой, ее брови сошлись вместе. — Бесконечную красоту, — проговорил я, когда еще больше слез скатилось по ее покрытому пятнами лицу. — Восхитительную силу. — Я погладил ладонью ее черные волосы. — Всепоглощающее желание в моей груди прикоснуться к тебе, разделить с тобой одно дыхание на двоих, твою жизнь, твою любовь. — Я пристально посмотрел в ее умоляющие глаза. — Я вижу невероятное наслаждение, что только ты даришь мне. — Я оставил мягкий и легкий поцелуй на ее губах. — Я вижу наше будущее.

— Мне жаль вас прерывать, — раздался голос Эми, когда она вошла в комнату, разрушая для нас такой момент. Эми подошла к Фэй. — Ты так и не позвонил! Ты сказал, что сделаешь это после того, как она будет в безопасности.

Черт, ну я и мудак. Мне следовало вспомнить, что Эми ждала новостей.

— Я чуть не сошла с ума.

Фэй вздрогнула и отшатнулась от нас двоих.

— Прости, Эми, мой разум был занят совершенно другим, и кроме того Фэй нуждалась в медицинском уходе.

Она повернулась, чтобы посмотреть на Фэй.

— Ты в порядке? — Ее голос стал более спокойным, в то время как глазами она осматривала каждый избитый и изувеченный дюйм тела моей девочки.

— Рада быть снова дома, — ответила и улыбнулась Фэй, глядя на меня. Я замер, с жадностью поглощая ее восхитительную улыбку. — Мне нужно отдохнуть, если, конечно, ты не против, — пробормотала она.

— Ох, Господи, прости. Я просто волновалась.

Я сжал плечо Эми, и мы направились к выходу из комнаты. Подходя к двери, я прокричал напоследок:

— Приляг, Фэй. Я приготовлю завтрак и принесу его тебе, когда ты проснешься. — Я совершенно не представлял, как готовить, но Эми могла помочь.

— Хорошо, спасибо тебе.

Глава 31

ЭМИ

Фэй

Кровь повсюду, каждый разбитый и раздавленный осколок зеркала, в котором была повинна я, вонзался в плоть человека, который старался изо всех сил спасти меня. Он говорил мне, вторил, чтобы я не играла с Фрэнком, но я игнорировала его, и теперь он убит.