Первым желанием было просто сесть на задницу, протянуть ножки и послать все далеко и надолго.

– А ты чего тут?
– громовым раскатом позади меня прозвучал голос Шакхарда.

Я даже почти не испугалась. Этот мир не только мне нервы расшатал, но и закалять начал. Хоть какая-то польза. Теперь если меня в переулке остановят парни в спортивных штанах и поинтересуются, не травлю ли я свои лёгкие дымом и смолами, я спокойно покачаю головой и потопаю дальше.

– Видишь вот того полуэльфа, - кивнула я головой в сторону удаляющегося от реки Олана.
– Вот он даже не вспомнил о том, что надо меня подождать. Если его что-то не устраивает, так пусть справляется сам.

«Халк» захохотал так, что с верхушек деревьев слетели птицы, а может быть и листья. Утерев выступившую слезу, он заговорил:

– Ох и строга ты с ним, Фэатурнд. Он, между прочим, ради тебя в этот Турнир ввязался.

– Да я в курсе про артефакт. И не ради меня, а ради себя. Чем быстрее он выполнит клятву, данную созидательному народу, тем быстрее я от него отстану и верну удачу.

Шакхард как-то странно смерил меня взглядом, но ничего не ответил.

– Но ты решил сделать из него Героя, - продолжила рассуждать я.
– Зачем тебе это?

– Потому что именно из-за этой мечты он так усердно учился. Он хотел доказать богам, что даже полукровки могут стать значимыми личностями.

Ага, значит, у нашего чародея ещё и комплексов полный мешок. Просто шикарно.

– А ты об этом откуда...

Шакхард перебил меня ответом:

– Знаю я это оттуда, что мы с Оланом знакомы чуть ли не с самого рождения. Как только его забрал в столицу отец, парень замкнулся в себе и очень редко разговаривал с людьми. Он боялся того, что его высмеют.

Мне было неловко задавать вопрос, крутящийся на языке, но «Халк» понял меня с полусекундного взгляда.

– Я тоже не чистокровный человек, как ты могла заметить, Фэатурнд. Мне иногда кажется, что моя семейка хотела получить звание самой разношёрстной, - он хохотнул.
– Кого только не было у меня в родственниках: эльфы, феи, люди, тролли и даже один дракон.

Последнее заявление прозвучало как-то не слишком правдоподобно, но спорить с этим шкафом не хотелось.

– Эх, заболтался я тут с тобой, Фэатурнд, а уже давно пора следить за участниками, чтобы не жульничали. А, и да, передай это Олану, он забыл, - Шакхард протянул мне идеально круглый красный камень.

– Что это?

– Портал в следующий тур.

Этот придурок серьёзно забыл камень?

Видимо, мои мысли настолько отчётливо проступили на лице, что «Халк» вновь разразился смехом:

– Не забыл он ничего, Ева. Тебя таким образом дождаться решил.

Вот же индюк! Нет все сделать по-человечески, он делает все как всегда. Видимо, это эльфийские гены дают о себе знать!

Поблагодарив Шакхарда, я поспешила в сторону леса, который огибал лагерь дугой и устремлялся к реке. Олан нашёлся через пять минут после того, как над головой сомкнулись высокие зелёные кроны, закрыв собою небеса.

Я молча вручила ему красный шарик и сделала вид, что вообще не имею никакого отношения к происходящему.

– Зря ты не согласилась на сапоги, - покачал он головой, перекатывая камень в ладонях.

– Я так понимаю, ты знаешь, куда нас сейчас закинет?

– Догадываюсь. Обычно второй тур - это совместный поход в логово опасного монстра. Таким образом отсеивается ещё часть участников.

– Через пасть монстра?
– хмыкнула я.

– Не только. Видимо, ты меня плохо слушала. Ещё до встречи с монстром можно встретиться с противником, который желает получить звание Героя не меньше тебя.

Я уже хотела сказать, что сомневаюсь в том, что сапоги спасут меня от меча врага или зубов монстра, но чародей уже открыл сияющий красный портал и шагнул в его пасть.

Потоптавшись на месте с секунду, я махнула на все рукой и сделала шаг в неизвестность.

Холодно. Жарко. Потом вновь холодно. И наконец температура стабилизировалась, так же как и сменившаяся обстановка. По обе стороны от меня тянулись высокие чёрные каменные стены, потолок терялся во тьме, а где-то невдалеке капала вода.

– Что с тобой не так?
– хмыкнул из темноты знакомый голос.
– Почему ты перемещаешься не сразу?

– Любуюсь природой по пути, - буркнула я, наблюдая за тем, как мужчина создаёт огромного белоснежного светляка.
– Я так понимаю, теперь магией пользоваться можно?

Олан пробормотал что-то нечленораздельное и пошагал вперёд. Гул его шагов отражался от голых холодных стен и тонул где-то во тьме, которую не в силах был развеять магический фонарь.

А уже через пять минут путешествия я пожалела о том, что отказалась от сапог. Во-первых, в пещере оказалось очень холодно, сквозняки то и дело щекотали ноги и руки, а во-вторых, то количество острых камней, которые впивались мне в ноги через подошву балеток, уже перевалило за тысячу.