— Ты такая насупленная, о чем задумалась?

— Эм… О последних словах Джульетты. Ее монолог ты не помнишь? — Выдала я первое, что пришло в голову, пойманная с поличным на глупой (Очень глупой!) ревности.

— А что, хочешь попробовать себя в этой роли?

— Сцена — это не мое.

— Откуда ты знаешь?

— Ох, опять играем в «найди Вивее призвание?»

Арчи пожал плечами:

— А почему нет? Повторяй за мной… — Его голос, и без того приятный, как прикосновение бархата к голой коже, стал еще более вкрадчивым. — Тебя я прямо в губы поцелую.

Даже не думая о том, как глупо это может выглядеть, мои губы мгновенно повторили за ним:

— Тебя я прямо в губы поцелую…

— Быть может, яд на них еще остался.

Голос парня манил, как мотыльков притягивает теплый свет огня. Он буквально гипнотизировал меня, уводя за собой в эту странную, но чарующую игру.

— Быть может, яд на них еще остался…

— Он мне поможет умереть блаженно.

— Он мне поможет умереть блаженно…

Его лицо, освещенное пламенем костра, приблизилось почти вплотную, но замерло, позволяя мне сократить остаток расстояние. Я посмотрела на его красивые губы и медленно наклонилась, приникая к ним. Так, как Джульетта, должно быть, касалась уст Ромео в последнем поцелуе. Наш поцелуй из мягкого превращался во все более горячий и страстный. Меня бросило в жар, и я не думаю, что близость костра играла в этом хоть какую-то роль.

В который раз где-то на задворках сознания промелькнула мысль, что Арчи слишком стремительно ворвался в мою жизнь. Он буквально снес все барьеры и при этом так комфортно расположился рядом со мной, как будто я всю жизнь только этого и ждала. Его руки, его запах, его поцелуи — все это было идеальным и таким… Правильным. Что я быстро отбросила все стоп-сигналы, которые обычно горели во мне ярко-красным светом. Теперь в голове билась только одна мысль: «Поцелуи со вкусом вишневой газировки. Мои любимые».

Где-то в дали раскатисто прозвучал звук грома. Пока что он был еле слышен, особенно за битами музыки вокруг. Я бы даже решила, что мне показалось, если бы не услышала, как кто-то надо мной присвистнул.

— Ух. Как думаешь, до сюда дойдет тучка? У нас же как раз сезон ночных ливней должен начаться.

Я вскинула голову и увидела Сашу. Интуитивно я осмотрела пространство вокруг парня, и, не обнаружив его мигеры-девушки, кивнула на место рядом с собой. Тот с готовностью примостился на край одеяла.

— Понятия не имею, но многим здесь не мешал бы хороший ледяной душ. — Я проводила взглядом парочку, которые брели куда-то, при этом еле-еле волоча ноги по песку и постоянно спотыкаясь, но стойко не вынимая языки изо рта друг друга. Какое упорство!

Саша проследил за моим взглядом и улыбнулся, а затем подобрал ту же палочку, которой недавно рисовала я, и стал изображать что-то на песке. Почему-то это заставило меня улыбнуться.

— А где твоя?.. — Я попыталась сказать «девушка», но боялась подавиться этим словом. — В общем, «твоя».

— Сью где-то с девчонками. А где «твой»? — Вернул мне должок парень.

— Арчи пошел за очередной порцией зловредной шипучки, потому что без дозы сахара я засну прямо здесь. — В доказательство своих слов я сладко зевнула.

Саша, заразившись, тоже громко зевнул, прищурившись и раскрыв рот на всю ширину возможностей. Мы оба засмеялись. Кажется, сегодня я способна смеяться над всем.

— Значит ты и Сью, да? — Продолжила я свою мысль.

Саша кивнул:

— Уже четыре месяца.

— В голове не укладывается.

— Ви, она хорошая.

Я хмыкнула, вкладывая в это «хм», весь максимум своих сомнений по поводу этого утверждения.

— Правда. Просто когда она видит тебя, ей будто крышу сносит. Я не понимаю, что происходит, а она не объясняет. Ушла в глухую оборону, когда я пытаюсь что-то спросить, начинает кричать. — Парень потер виски. — Я, правда, сегодня растерялся. Такого никогда не было.

— Никогда за четыре месяца? — Уточнила я. — О да, за этот «долгий» срок. Ты конечно узнал ее со всех сторон. Но в следующий раз, не засыпай в полнолуние. Я уверена, что она либо на метле в окошко улетит, либо клыки покажет. А впрочем, покажи ка, у тебя на шее ничего нет?

Я обеспокоено дернулась к парню, отодвигая ворот футболки. Саша засмеялся, отодвигаясь от моей заботы.

— Ты преувеличиваешь. Я думаю, что если бы вы пообщались нормально, то могли бы даже…

— О нет! Только не говори это слово!

— Ты даже не знаешь, что я хотел сказать!

— Знаю, ты же Саша! Который хочет всех помирить, сблизить и подружить. Вот кстати и оно — твое слово. И поверь, в день, когда я и Берри будем красить друг другу ногти розовым лаком, пойдет кислотный дождь.