— Мы все согласились с тем, что это должно стать его судьбой, — объяснила Сигюн. — И он сам навлёк её на себя.

Один за другим боги и богини кивнули, выражая таким образом своё согласие с тем, что должно случиться.

— Эйр, — позвала Ника. — Будь так добра.

Из галереи вперёд вышла богиня. Чёрные волосы, зелёные глаза, светлая кожа. Я узнала её, мы встречались в Колорадо — Эйр — скандинавская богиня милосердия и исцеления. Та, что подарила мне серебряные лавровые листья и браслет из омелы. Эйр шагнула вперёд и подняла руки. Из неё вырвалась сила, пронеслась по воздуху и попала в Локи на другой стороне галереи.

Злой бог закричал, и я заметила, что браслет из омелы на его запястье засветился интенсивным серебром. Затем свет распространился. Я наблюдала за тем, как омела пустила побеги. Тонкие ветки выросли из браслета, поднялись вверх и обвили тело Локи. Бог кричал и кричал, но ничего не мог сделать против этой медленной, беспощадной атаки. Ветви быстро расползались по его рукам вверх, прижимая их к телу, потом переходили на грудь и шею. Он попытался поднять лицо, чтобы защитить его от зелени, но ветви обернулись вокруг его головы и склонили её вниз, поглощая всё тело. Спустя какое-то время стихли даже его крики.

В последний раз вспыхнул серебряный свет, светлее и интенсивнее, чем раньше, так что мне пришлось закрыть глаза от ярких лучей. Когда свет потух, и я, в конце концов, смогла снова открыть глаза, стало ясно, что в Пантеон была добавлена ещё одна статуя — Локи.

Его голова была опущена, а глаза сощурены, как будто он злобно смотрит на браслет из омелы на своем запястье, источник всех ветвей, обернувшихся вокруг него. Но он, в отличие от остальных богов и богинь, теперь был из массивного камня, в то время, как другие показывали свою истинную форму. Я устало вздохнула.

Дело сделано. Локи заточён — навсегда.

Глава 31

— Свершилось, — звонко произнесла Ника, будто услышав мои мысли. — Навсегда.

Один за другим боги и богини кивнули, затем шагнули назад и вновь слились со своими каменными изваяниями. Мгновения спустя в библиотеке стояли только Ника, Сигюн, Вик и я.

— Что случилось? — спросила я, уставившись на Пантеон. — Что происходит? Почему они уходят?

— Пришли сумерки богов — Рагнарёк, как это называют некоторые люди. Боги уходят из мира смертных, — объяснила Ника, коротко посмотрев на Сигюн. — С некоторыми известными тебе исключениями, конечно.

Слабая улыбка играла на губах Сигюн.

— Некоторым из нас нужно ещё многое сделать.

Ника улыбнулась ей в ответ.

— И сформировать воинов. Особенно спартанцев.

Улыбка Сигюн стала шире.

— Что-то в этом роде.

— Но для чего? — спросила я, не понимая её загадочных высказываний.

— Потому что мы натворили и нанесли слишком много ущерба, — сказала Ника. — Причинили много боли, страданий и смерти. Мы не будем рисковать, чтобы такое случилось ещё раз. Не можем рисковать, чтобы ещё один бог попытался восстать и поработить всех, как это было с Локи. Мы приняли это решение все вместе.

Я знала, что это решение разумное, но в тоже время почувствовала боль от потери и грусть. Потому что уход богов из мира означал также, что и Ника покинет меня. За последние месяцы она стала важной частью моей жизни. Пусть мы и не всегда были одного мнения, и я уже давно устала от её игр и загадок, но я не хотела потерять ещё и её, как маму и Нотт.

Я тяжело сглотнула.

— Я когда-нибудь… увижу тебя снова?

Она одарила меня этой знакомой, слегка загадочной улыбкой, которая казалась такой мудрой и в тоже время выводила из себя.

— Возможно. Но не бойся. Я буду всегда здесь и охранять тебя.

— И не забудь про меня, — подал голос Вик, нарушая своё долгое молчание. — Я всегда буду с тобой, Гвен. Столько, сколько пожелаешь.

— Итак… и что мне делать теперь? — спросила я. — Что будет дальше?

— Всё, что твоей душе угодно, Гвендолин, — сказала Ника. — Даже если Локи исчез, столкновения будут всегда, и тебе, как моему Чемпиону, нужно будет разрешить их. Ради своих друзей, ради своей… семьи.

Что-то в том, как она подчеркнула слово «семья», заставило меня подумать о Рори. Но прежде, чем я успела её спросить, что именно она имеет в виду, она снова улыбнулась.

— В любом случае, — продолжила она, — твоя роль в этой борьбе окончена.

Я покачала головой, потому что всё ещё не понимала.

— Может вот это поможет тебе успокоиться.

Ника кивнула. Сигюн подошла с книгой и, открыв её, протянула мне. Страницы медленно переворачивались сами по себе. Я поняла, что картинки показывали историю моей жизни. И они двигались, как всегда делали рисунки в моей книге миф истории.

Я увидела, как выросла. Увидела мои первые дни в миф академии. Как я сижу на лекциях, в столовой и даже в библиотеке. Все пережитые бои до того момента, когда я воткнула Вика себе в грудь. После этого события страницы были в основном пустыми, хотя тут и там промелькнули мои друзья. Дафна. Карсон. Оливер. Алексей.