— Браслет перешел к Локи, потому что он был на тебе, когда ты убила его, — ответила Ника на мой безмолвный вопрос. — Омела обладает могущественными свойствами. — Много лет назад, при помощи такого браслета Локи заставил другого бога убить Бальдра — северного бога света. А теперь омеловый браслет будет удерживать его там, где он и должен быть — вместе с еще кое-чем.

— И что же это? — спросила я.

— Кровь, — раздался еще один голос. — Моя кровь.

Внезапно появившаяся Рейвен, направлялась от главного входа библиотеки ко мне, Нике и Локи.

— А ей что здесь надо? — шепнула я Нике.

— Скоро увидишь.

Рейвен остановилась. Её белоснежные волосы и мантия колыхались вокруг тела, такого я ещё никогда не видела. Её чёрные глаза впились в мои.

— Ты всегда задавалась вопросом, что я прячу под своими морщинами, Гвендолин, — сказала она сладким, чистым голосом. — Что ж, позволь мне показать тебе.

Рейвен развела руки в стороны ладонями вверх. Казалось, будто она притягивает к себе воздух. И пока я наблюдала за ней, её волосы постепенно становились чёрными, морщины исчезли, а кожа разгладилась и натянулась, будто она становилась моложе, а не старше. Единственное, что не изменялось, это потускневшие шрамы на её руках. Мгновение спустя таинственная старая карга исчезла, превратившись в захватывающую дух богиню. И так же внезапно многое стало иметь смысл, как и её настоящая личность.

— Сигюн, — прошептала я. — Ты — Сигюн, норвежская богиня преданности. Жена Локи. — Я вспомнила кое-что ещё, и мой взгляд метнулся ко второму этажу, где стояла её статуя.

Поэтому твоя статуя в библиотеке казалась такой пустой, когда я, в поисках кинжала Хельхейма, прикоснулась к ней. Потому что ты всё это время находилась в мире смертных, а не… здесь. Где бы там ни было это «здесь».

Сигюн улыбнулась.

— Да, Гвендолин. Ты всё поняла. Я провела столетия в мире смертных, охраняя Пантеон, Протекторат и студентов академии.

— Но зачем?

В её чёрном взгляде отражалась печаль.

— Потому что Локи столетия назад перехитрил меня, чтобы я помогла ему сбежать. Потому что действительно думала, что он сожалеет о том, что организовал убийство Бальдра. Потому что верила, что он действительно изменился и хочет стать хорошим богом вместо того, чтобы подчинять всех своей воли. Если бы я не была такой глупой, то ничего из этого не случилось бы. Можно было бы избежать столько боли и страданий. Столько… потерь.

Она посмотрела на своего бывшего мужа, который всё ещё стоял на коленях на полу библиотеки. — Поэтому я решила посвятить себя задачи исправить все, чтобы, так сказать, компенсировать свои ошибки. И, в конце концов, мне удалось сделать это. С твоей помощью.

Она подошла ко мне и протянула руку. Я поняла, что она просит Вика, поэтому дала ей меч. Сигюн одно мгновение смотрела на лезвие, потом, прежде чем отдать Вика назад, порезала свою ладонь.

Она подошла к Локи и снова посмотрела на него.

— Я сожалею, что дошло до этого, — тихо произнесла Сигюн. — Но ты не оставил мне выбора.

Локи зло уставился на нее, но ничего не сказал. Сигюн вздохнула. Вздох был полон печали, будто она чувствовала зло, причиненное Локи, намного интенсивнее, чем другие. И в некотором смысле так и было. Потом она сжала руку в кулак, пока с ладони не начала капать кровь.

Кап… кап… кап…

Одна за другой капли падали на браслет из омелы, который обхватывал запястье Локи. Он, шипя, втянул в себя воздух, борясь изо всех сил. Но какая-то невидимая сила удерживала его на полу. Ощущение было такое, будто это та же самая старая, неусыпная, всезнающая сила, которую я часто чувствовала вокруг бабушки, когда та получала одно из своих видений. И каким-то образом я знала, что в этом замешана победоносная магия Ники.

В конце концов Сигюн отступила.

— Так, — устало сказала она. — Свершилось. Омела привязана к нему, и он привязан к этому месту навсегда.

— А теперь, — пробормотала Ника, — наш последний шаг, — она помахала рукой. Я заморгала. Локи исчез, пол передо мной был пуст. Я вертелась вокруг себя на месте, пока Ника не положила мне руку на плечо и не указала на галерею на втором этаже. С тех пор, как я начала посещать Миф, в круглом Пантеоне богов всегда находился один пустой пьедестал — свободное место, где должна была стоять статуя Локи.

Но теперь сам бог стоял на том месте.

Ника, Сигюн и я смотрели на него, и только в этот момент я заметила, что мы не одни в библиотеке. Все статуи повернули головы в его сторону, И они больше не были статуями, а настоящими, живыми лицами.

Настоящими богами и богинями.

Моё дыхание перехватило, когда я пыталась смотреть на всех сразу… всех божественных существ, о которых я до сих пор читала только в моей миф истории. Бастет — египетское божество-кошка с её серьёзным, мудрым лицом. Койот — бог-проказник коренных американцев, со своей широкой, хитрой улыбкой.

И сотни других из всех культур мира. Все собрались здесь, чтобы засвидетельствовать события сегодняшнего дня — окончательное поражение Локи и его наказание.