Я выдернула лезвие из груди злого бога и отступила назад, но не для того, чтобы сдаться. Еще не время. Я снова и снова наносила удары в грудь, горло, и даже руки и ноги бога. И все это время он продолжал смеяться над моими отчаянными попытками убить его. Из его ран не вытекло ни капли крови. Казалось, меч пронзает воздух, а не его тело.

Повсюду вокруг меня раздавались крики борьбы, но я не решалась оглядеться, чтобы посмотреть, как мои друзья держались под напором Жнецов. На какое-то время в поле моего зрения появились Логан и Агрона.

Агрона все время атаковывала спартанца Лукрецией, однако, Логан без труда парировал все атаки, а затем, взмахнув мечом, вонзил острие прямо в ее сердце. На лице Логана появилось удовлетворение, когда Агрона замертво упала на пол. Локи снова засмеялся, и я быстро отбросила все мысли о Логане.

Я вырвала Вика из груди Локи и, тяжело дыша, остановилась, чтобы восстановить дыхание после последней отчаянной попытки. Бог склонил голову набок, в его затылке что-то хрустнуло, а красные глаза, не отрываясь, смотрели в мои фиолетовые.

— Знаешь, то, что ты сотворила с этой девушкой, очень меня впечатлило, — промурлыкал Локи. — Агрона наверное ошиблась, когда пыталась подыскать мне тело спартанца. Возможно, все это время мне нужно было твое тело, Цыганка, — сказав это, он протянул ко мне руку. Мысль о том, что он может заразить все мое тело и душу, как он сделал это с Логаном, была такой ужасной, что я чуть было не отпрыгнула назад.

Почти.

«— Самопожертвование бывает во благо, особенно, когда происходит по собственной воле». Я снова услышала тихий голос Ники в голове. И это было еще не все. «— Ты вольна решать сама, Гвендолин, как каждое создание, каждый человек и каждый бог. Всегда помни об этом, ведь это самое важное, что я тебе когда-либо говорила. Не забывай, что это именно то, чего хотят лишить тебя Локи и Жнецы — права самой решать свою судьбу».

Я вспомнила и другие обрывки разговора с Никой, при каждом своем появлении она напоминала мне о таинственных высказываниях и загадочных фразах. Наверное, в глубине души я все это уже знала, но не относилась к этим знаниям серьезно. Я не могла убить Локи. Он — богом. Все просто, он — бессмертен, вечный.

Навсегда.

В отличие от меня.

Я не была богом, а мое тело не было бессмертным и вечным. Нисколечки. Нет, мое тело — то есть я — очень даже смертное. И меня легко можно убить.

Поэтому, когда Локи протянул ко мне руку, я позволила его пальцам сомкнуться вокруг моей шеи, продолжая смотреть в его жгучие, красные глаза.

Я много чего в них увидела: ненависть, ярость, отвращение. Но четче всего в них прослеживался триумф — триумф от того, что он наконец-то нашел способ раз и навсегда победить Нику. И этот способ заключался не в том, что он собирался убить меня, а в том, чтобы замарать меня собой.

Он не замечал, что такой же триумф был и в моих глазах. Крепче сжав Вика, я закрыла глаза и позволила душе злого бога изуродовать мою душу.

Глава 29

Это было… Локи был… абсолютно омерзительным. Абсолютно, полностью, безраздельно омерзительным.

Его душа ударила в моё тело, как молния, и я вскипела изнутри. Я слышала, как он смеётся в моей голове, и сразу стала видеть всё через красную дымку. Единственное, что не приняло этот ужасный цвет, был один фиолетовый глаз Вика. Всё остальное казалось просто кровавым.

В то же время я смутно понимала, что кричу — кричу и кричу, в то время как Локи заражал каждую часть моей души. Я думала, что знаю, через что прошёл Логан, когда с ним случилось то же самое. Но видеть его воспоминание было не то же самое, они не подготовили меня к сильной, бесконечной боли и всеобъемлющей муке. Но я сосредоточилась на ощущении холодной и твёрдой рукояти Вика в моей руке, позволяя Локи сделать со мной самое ужасное.

— Да, — услышала я бормотания бога в своей голове или, может быть, это я сама сказала вслух. Я не знаю. — О, да. Тела цыганки вполне достаточно.

Я снова закричала, когда он погрузился в меня ещё глубже, въелся глубоко в мою душу, захватил каждую часть моего разума, тела и сердца, пока я практически не увидела, как светящаяся фиолетовая искра внутри меня постепенно окрашивалась в красный цвет. Я почувствовала, как рука Локи отпустила моё горло. Его тело упало на пол, поскольку теперь было лишь пустой оболочкой.

— Гвен! Гвен!

Мне показалось, будто Логан зовёт меня по имени, но его голос звучал как издалека, как будто мы оба находимся под водой. В конце концов боль немного утихла, стала терпимой, хотя я всё ещё чувствовала, как Локи двигается в моём теле, копается в моих внутренностях, как в картотеке, при этом бормоча себе что-то под нос. А может, мы оба что-то бормотали, пока он подводил итоги.

— Да, да, молодая и сильная, — промурлыкал он. — О, вещи, которые я смогу сделать в твоём теле, цыганка. Ника проклянёт тот день, когда осмелилась противостоять мне. Это принесёт мне такое удовольствие — использовать тебя против неё.