– Это только моя догадка. Время совпадает, понимаете? Именно три года назад в День Дочери проклятие, оставшееся после смерти Золотого Генерала, было снято со всего Шалиона и моего Дома: все, что осталось после него, извращенные дары богов, – все было собрано и передано богам через избранного ими святого. И если в тот день было возвращено все, то и способность удерживать демона в капсуле тоже.

Иллвин встретился взглядом с ди Кэйбоном; служитель задумчиво кивнул.

Иста заметила:

– Интересно, если бы Арволу, Иасу и мне удалось снять проклятие двадцать лет назад, то и Джоэн получила бы своего демона на два десятка лет раньше? И кто тогда бы стал хозяином?

Ди Кэйбон уставился на Каттилару с крайним любопытством, судя по всему, охваченный теологическим интересом.

– А мне хотелось бы знать, уж не действия ли этого самого рокнарского старого мага повлекли за собой выброс демонов, который обрушился на Шалион в день Фонсы? – Историческую теорию пришлось оставить в стороне, потому что тот выброс демонов, с которым они столкнулись теперь, был гораздо более животрепещущим вопросом.

«Почему это существо нам все рассказывает?» – недоумевала Иста. Чтобы посеять в их малочисленных рядах страх и смятение? Поделиться собственными душевными страданиями? Она оглядела невозмутимого Фойкса, задумчивого ди Кэйбона и сосредоточенного и проницательного Иллвина. Если в этом заключался план демона, то он с треском провалился. Быть может, в нем теперь столько человеческих черт, что ему просто нравится внимательная аудитория. Или в момент отчаяния, когда вся надежда на побег потеряна, это склонное к одиночеству существо наперекор своей природе ищет союзников?

Открылась дверь; Иста испуганно оглянулась. Вошел лорд Эрис и почтительно кивнул ей. Исту порадовало, что на нем снова была кольчуга. В конце концов, перегрев от ношения доспехов на жаре ему не грозит. Вместе с ним появились горничные с подносами и заметно оправившийся Горам с ворохом одежды и амуниции для Иллвина. Обстановка сразу сделалась гостеприимной.

Все без всяких церемоний накинулись на еду, расставленную на подносах. Эрис подошел к постели и печально посмотрел на жену. Демон ответил ему тем же, но ничего не сказал. Иста понадеялась, что в его взгляде не было слезной тоски, свойственной Каттиларе. Неужели и в ее – Исты – глазах стоит то же самое выражение, когда она смотрит на него?

– Она пришла в себя? – Эрис удивленно помял руку. – Как же тогда я…

– Каттилара спит, – сообщила ему Иста. – Мы открыли демону доступ к ее губам, чтобы он мог говорить. Что он и сделал.

– Эрис, как дела снаружи? – поинтересовался Иллвин. Он попеременно то жевал кусок мяса, завернутый в ломоть хлеба, то прикладывался к чашке с холодным чаем и одновременно позволял груму себя одевать.

– По подсчетам моих разведчиков, около пятнадцати сотен джоконских солдат. По пять сотен в каждой колонне. Только что вернулись двое из разведывательной группы. Поскольку кольцо блокады вокруг Порифорса уже сомкнулось, боюсь, еще десятка ребят мы уже не дождемся. Я никогда не терял так много разведчиков сразу.

– Осадные орудия? – спросил Иллвин с набитым хлебом ртом, засовывая ногу в сапог, который поддерживал стоящий на коленях Горам. Сапоги пропавшего слуги были отброшены в сторону. Сапоги мертвеца? Сейчас не время об этом думать.

– Об этом никто не докладывал. Обычные обозы, не больше.

– Уф.

Эрис взглянул на Исту. Она не представляла, что отразилось у нее на лице, но он попытался заверить ее:

– Порифорс уже не раз выдерживал осады, рейна. Стены города тоже надежны. Внизу у меня сотня людей и половина горожан – бывшие солдаты гарнизона. Для обеспечения подкрепления из города существуют туннели. Помнишь, Иллвин, что был пятнадцать лет назад, когда Лис Ибры прислал сюда три тысячи солдат? Мы сдерживали их полмесяца, до тех пор пока ди Карибастос и ди Толоноксо – отец нынешнего провинкара – не освободили нас.

– Не думаю, что Джокона собирается выставить против нас осадные орудия, – усомнился Иллвин. – Мне кажется, на сей раз нам придется встретиться с магами.

И он вкратце пересказал брату то, что поведал демон. Пока он говорил, Горам, бледный, но полный решимости, тщательно зачесал волосы хозяина назад и туго стянул на затылке, а потом встряхнул кольчугу, чтобы ее было легче надеть.

– Если эта сумасшедшая Джоэн притащила с собой на поводке дюжину или больше магов, – заключил Иллвин, натягивая кольчугу, – то не сомневайся, она собирается спустить эту свору на нас. Если это не месть за смерть ее дочери, то она просто нападает на Шалион, чтобы полностью сорвать запланированную маршалом ди Паллиаром кампанию против Борсаснена. Ранний удар, но тяжелый; и если этот удар удастся, она ворвется в северную часть Шалиона раньше, чем Исель и Бергон успеют должным образом собрать войска… По крайней мере я бы так поступил на месте джоконцев. Если бы я был сумасшедшим, но не дураком.

Эрис коротко ухмыльнулся:

– Я едва ли могу себе представить, кто теперь старшие офицеры Сордсо.

– Они действуют сообща, – мрачно сообщила Иста, – если не сказать единодушно.

Иллвин поморщился и по молчаливому требованию Горама вытянул руку, чтобы позволить груму затянут наручи.

– Эрис, – обеспокоенно продолжила Иста, – несмотря на ваше странное состояние, вы не обладаете внутренним зрением, верно?

– Ничего подобного тому, что вы описываете, рейна. Мое зрение скорее даже ухудшилось. Все вокруг не кажется мутным или туманным, но куда-то исчез цвет. Но зато я теперь лучше вижу ночью, почти так же, как днем.

– Значит, вы не видели, не ощутили удары, которые на вас обрушил Сордсо, когда вы столкнулись на дороге?

– Нет… а что вы видели?

– Тот яркий свет, который отмечает перед моим внутренним взором магию демонов. Иссушающую молнию или нечто вроде того. Или скорее Сордсо предполагал, что это будет иссушающая молния. Но она прошла сквозь вас, не причинив никакого вреда, как будто бы вас там вообще не было.

Они оба посмотрели на ди Кэйбона, который неуверенно развел пухлыми ладонями: