Он опустил меч и отступил, прижимая к себе женщину, ради которой не мог бездумно губить свою жизнь.

Когда вслед за Эеншардом по воле короля тронный зал покинула знать, Эймар тихо прошептал:

– Отпусти теперь Эрнана.

– Завтра, - ответил Дешар Завоеватель, не глядя на сына.

– Я уже ничего не смогу изменить, - чуть ли не со стоном произнес Эймар. – Отпусти его.

– Завтра, сын мой, и то, если ты победишь, а если нет – твоим детям не жить в Эштаре.

Эймар только закрыл глаза. У него уже не было сил бояться этого властного голоса.

26

Ленкара не решалась говорить. Она только смотрела на Эеншарда, опасаясь перемен. Ей не нравились напряженные скулы и жесткий взгляд, но она послушно следовала за ним, стараясь не отставать. Это было тяжело. Полотно, покрывавшее ее голову, успело где-то потеряться, она и сама не знала, где и когда, слишком была занята напряженными мыслями. Живот она уже не пыталась прикрыть, а, напротив, выделила его, придерживая снизу – так было чуточку легче.

Эеншард вернулся в северное крыло, только не в свои покои, а в гарем.

– Все в комнату Дерб! – скомандовал он жестко. – Только возьмите с собой воды.

Женщины явно перепугались, тут же засуетились, зашумели, но Эеншард ничего не замечал. Он быстро свернул с главного зала в нужный коридор, остановился у двери, сжал на миг руку Ленкары и открыл дверь. Зайти он не спешил. Изучив комнату взглядом, принц выдохнул и только потом появился в покоях своей женщины.

Дерб, облаченная в длинное голубое платье без рукавов, застыла с младенцем на руках. Она не решилась ничего сказать, видя Эеншарда с другой женщиной.

– Сядь! – велел он Ленкаре, подведя ее к узкой софе и отпустив, наконец, ее руку.

Ленкара машинально подчинилась, невольно посмотрев на свои окровавленные пальцы. Кровь Шадифа она успела смыть со своих рук, но, глядя на кровь возлюбленного, не знала, чего бояться и о чем сожалеть. Ей просто было невыносимо страшно.

Эеншард же шагнул в сторону, изучил рукой стену у кровати и нашел ход. Потайная дверь открывалась внутрь. Это его обрадовало. Не долго думая, он обошел кровать и тут же сдвинул ее, блокируя дверь.

– Быстрее! – командным тоном поторопил он женщин.

Те смотрели на него с ужасом. Никогда прежде они не видели такого принца. Впрочем, Эеншард не ощущал себя принцем. В этот миг он был воином на поле боя и вел себя соответственно:

– Где Улия? – спросил он, осмотрев женщин.

– Она мертва, - тихо прошептала Ленкара.

– Ясно, - хладнокровно отозвался Эеншард, закрывая дверь.

Вновь осмотрел комнату, отбирая мебель, годную для создания надежной баррикады перед дверью.

Радуясь тому, что Дерб решила поставить в своей комнате книжный шкаф, он стал быстро сбрасывать с полок книги.

Ленкара, ничего не понимавшая, только смотрела на него, как и остальные женщины.

– Ты считал ее другом, - машинально проговорила северянка, которая все еще не верила в смерть подруги.

Эеншард замер, посмотрел на нее, словно дикий зверь и строго ответил:

– Если есть жизнь, после смерти, то она с человеком, которого любила, а если нет, то здесь ее тоже нет, ясно?

Ленкара ничего не ответила. Ее поражало и пугало то, что она видела. Эеншард не хмурился, на его висках не выступали вены, как это бывало с ее отцом в моменты гнева. Принц был бледен и напряжен. Его глаза, казалось, стали еще черней, но он не стал требовать ответа, а вернулся к своему делу. Сбросив книги на пол, он сдвинул шкаф, разгоняя перепуганных женщин. Закрыв им дверь, он убедился, что шкаф защищал дверной проем целиком, но не успокоился и выстроил перед ним препятствие из сундуков, составленных друг на друга.

Еще раз осмотревшись, он замер. Ленкара сидела на софе, придерживая живот. На правом рукаве в области плеча виднелось красное пятно. Он успел забыть, что она тоже была ранена. Быстро подойдя к ней, небрежно наступая на разбросанные книги, он дернул рукав, отрывая его от платья, и посмотрел на рану. Это была царапина, о которой забыла даже сама Ленкара.

Принц выдохнул, странным образом скривился и положил ей на колени один из своих ножей.

– Обещай мне, если я проиграю завтра, ты не позволишь им к себе прикоснуться, - проговорил он уверенно, глядя в ее синие глаза.