У третьего принца, казалось, не было выбора. Меч наследника должен был снести ему голову. В этот миг в это поверили все, даже Эймар, но Эеншард выждал момента, когда удар покажется необратимым, и внезапно подставил под лезвие руку. Сталь ударилась о наручи с противным скрежетом, а Эеншард схватил лезвие и резко дернул, выворачивая. Оружие впилось в его ладонь, но Эймар, не ожидавший подобного, выпустил рукоять, а третий принц просто выбросил меч наследника, перебрасывая его через голову. Он глухо упал где-то в песок.

Эймар выдохнул и, сжимая рукоять короткого клинка, вывернул оба меча и попытался нанести прямой удар Эеншарду в грудь. Он был быстр, но руки Эеншарда сработали быстрее, чем он успел подумать. Его меч был просто длиннее, и потому, скользнув под коротким клинком, вошел в грудь Эймара первым.

Наследник скривился, не выпуская из рук оружие. Он мог еще попытаться ударить. Ему хватило бы сил сделать еще шаг и убить младшего брата, но Эймар замер.

– Сохрани жизнь моим сыновьям, - прошептал он едва слышно, отвел руку в сторону и выронил клинок.

Эеншард смотрел на него, на свой меч в его груди и не понимал, как все это произошло, но, зная, что это еще не конец, он коротко кивнул, отвечая на просьбу умирающего брата, и быстро дернул меч на себя.

Эймар опустился на колени. Он еще дышал, заливая песок кровью, а потом медленно упал на бок, так и не закрыв глаза.

Эеншард тут же обернулся, глядя в сторону Бога Войны. Его отец – король Эштара – Дешар Завоеватель, спокойно сидел на троне и наблюдал. Подле него стоял маленький Дерша. Мальчишка, торжественно одетый, причесанный, словно на праздник, держался за край длинного отцовского жилета и с ужасом смотрел на Эеншарда.

Третьего принца это злило, но он все равно двинулся к трону.

– Что здесь делает Дерша? – спросил он, поднимаясь по лестнице к отцу.

– Ты должен его убить, - спокойно ответил Дешар.

– Я должен убить тебя! – ответил ему Эеншард, направляя лезвие меча на Дешара.

Старый король спокойно посмотрел на окровавленное оружие, затем взглянул Эеншарду в глаза и спокойно, коснувшись лезвия, отвел его в сторону.

– Прежде чем я умру, я должен многое тебе рассказать, - спокойно сообщил он, вставая.

Он дернул жилет, вырывая его из маленькой ручки младшего сына и обойдя трон, в полной тишине скользнул вглубь зала, обходя статую Бога.

Эеншард быстро обернулся. Ленкара стояла там, где он ее оставил, прижимая нож к груди. Ему не нравилось происходящее, но он последовал за королем.

Дешар вышел из главного зала, словно толпа в храме и трон его не волновали. Эеншард зашел за ним в небольшую комнату. Здесь было лишь одно витражное окно, и то на потолке. Свет цветными секторами падал на пол.

Дешар снял с пояса меч, королевский меч с золотым гербом на рукояти, но не обнажил его, только посмотрел на этот герб, не оборачиваясь.

– Ты знаешь, кем была твоя мать? – спросил он внезапно.

Эеншард не ответил. Он все еще был на поле боя. Его чувства были обострены. Он мог видеть мельчайшие движения, ощущать запахи, но говорить сейчас просто не мог, ему было не до человеческой речи.

Дешар обернулся и посмотрел на сына.

– Твоя мать была женой Эеншарда шестого, ты даже чем-то похож на него, особенно сейчас, когда убил родного брата, хотя все понял, и гневу не поддался. Он тоже был холоднокровным гигантом, только, знаешь, что он делал, когда хотел кого-то проучить?

Эеншард снова не ответил, а Дешар, пройдя вглубь зала, положил меч на выступ в стене. Эта странная ниша была словно создана для него. Эштарский король посмотрел на меч в этой нише и отступил от него, вновь глядя на сына.

– Он избивал, насиловал и убивал женщин. Не сам, разумеется. Он приказывал стражникам. Ты не знаешь, как умерла мать Шадифа? Конечно, не знаешь. Она была еще слаба после родов, а отец почему-то решил, что мне она дороже других. Она была хорошей женщиной, да и сына мне родила крепкого. Достойная была женщина.

Дешар коснулся рукой своего лба и замолчал на миг, глядя в пол, словно пытался вспомнить, о чем он говорил, потом внезапно убрал руку и продолжил:

– Ее насиловала наша стража, а я смотрел. Твоему деду казалось, что это хороший урок для меня, а она умерла. Мне долго потом снились ее крики и мольбы о помощи. Эеншард шестой считал, что каждый из его сыновей потенциальный король, а тот, в свою очередь, должен быть сильнейшим во всем. Когда королем стал я, думал, что все будет иначе. Я перебил своих братьев, чтобы политика моего отца выветрилась из нашего рода, а потом очень скоро понял, что я ничего не решаю. Да, Эеншард, король ничего не решает. Каждый из вас, моих сыновей, был потенциальным королем, почти каждый.