Уже порядком заскучавшие пилоты, обрадовались и быстрым шагом пошли к скреверу.

Полет занял почти весь световой день, и когда солнце уже клонилось к закату, скревер пошел на снижение…

– Нравится мне эта провинция, – Тилет вдохнул полной грудью запах полевых цветов на лугу, где их с Кинтом высадил Морес и скревер тут же взмыл вверх и, набирая высоту, полетел на восток.

Здесь уже давно лето вступило в свои права и несмотря на опускающиеся вечерние сумерки, очень тепло. До старого Восточного тракта рукой подать, впереди на горизонте виден Латинг, а справа зеленеет Сырая роща.

– Сейчас уже не то, что раньше… прогресс пришел и сюда.

– Ну, – Тилет подхватил поклажу, – этого не избежать, не сидеть же местным аристократам при свете от масляных ламп. Добираться как будем?

– Выйдем на дорогу, вон как раз перекресток с проселком от фермы, там и подождем, кто-нибудь да поедет в сторону города.

– Тогда пошли.

Ждать, стоя на глинистой обочине, пришлось недолго, с востока ехал караван из нескольких моторных фургонов, последний из них остановился, в ответ на поднятую Кинтом трость.

– Заблудились? – Рыжий и конопатый парень в брезентовом комбинезоне на голый торс и в косынке с масляными пятнами на голове высунулся из окна кабины, расплывшись в добродушной улыбке.

– Нет, нас фермер подвез до перекрестка, – Кинт кивнул в сторону строений на холме.

– За просто так, не повезу!

– А за сколько?

Парень смерил взглядом Кинта, потом Тилета, и важно заявил:

– Кест золотом и забирайтесь в фургон, только я вас высажу на окраине, хозяин не любит брать пассажиров в дороге.

– Договорились, – Кинт достал из кармана жилетки золотой и подкинул его.

Парень ловко поймал кест и кивнул назад.

– Забирайтесь, пока хозяин не видит.

Фургоны ехали порожними, в кузове лежали пустые большие брезентовые мешки, в которых перевозят ткань с мануфактур. Кинт и Тилет удобно расположились на них, ехать предстояло еще около часа.

– Давно знаешь этого полковника, – спросил Тилет и поправил под мышкой кобуру с пистолетом, к которой никак не мог привыкнуть.

Кинт задумался ненадолго и ответил:

– Выходит, что уже полжизни.

– Доверяешь ему?

– Да.

– Тогда я спокоен.

– А я нет…

– Ты о чем?

– Ты внимательно слушал разговор?

– Конечно.

– Если я буду делать все, так как он требует, точнее, требует секретариат, то очередной войны не избежать.

– Ее и так не избежать, Кинт, я пожил в Майнге, и хочу тебе сказать, что разговоры о войне у них там за чашкой утреннего чая.

– Ты не представляешь, Тилет, на что способен горючий сланец, именно эту руду изучал профессор Дакт… я видел, как крошечная щепотка разметала палаточный городок и все вокруг моментально вспыхнуло, а очередная война, с боеприпасами на его основе не оставит камня на камне от городов, погибнут миллионы.

– И что ты хочешь сделать?

– Сделаю немного больше того, чего ждет от меня Морес, мы сделаем.

– Я еще с трудом понимаю всю эту твою инспекторскую возню, но ты мне, главное, дай свое крепкое слово, что я не попаду на виселицу, ну и объясни хоть немного, что ты задумал.

– Пока ты со мной, будь спокоен, а остальное объясню, позже, у нас будет время, – Кинт повернулся в сторону железной дороги, по которой, часто пыхтя, быстро несся пассажирский состав с востока.

– Остановлюсь на повороте, приготовьтесь! – прокричал из кабины водитель, когда конвой из фургонов втянулся на окраину Латинга со стороны фермерских полей, – выбирайтесь поживей, чтобы хозяин не видел.

Еще немного и совсем стемнеет, редкие фонари вдоль старого канала на окраине, помогли Кинту сориентироваться, и он указал тростью на угол одноэтажного каменного дома, от которого улица с небольшим уклоном поднималась к центру города.

– Идем туда, возьмем повозку.

На улицах вечернего Латинга еще хватало прохожих, моторных повозок и конных экипажей, один из которых по сигналу Кинта остановился у тротуара.

– Любезный, в квартале ткачей еще действует старая гостиница? – поинтересовался Кинт у возницы.

– А чего ей сделается? У кого не хватает кестов на заведения господина Дова, те ищут дешевый ночлег.

– И находят?

– Конечно, еще много дешевых ночлежек осталось по окраинам, забирайтесь, отвезу.