У женщины, открывшей дверь, были взъерошенные волосы, она была одета в майку поверх ярко-розового лифчика, и серебряные леггинсы до середины икры. Ноги были босыми, глаза подведены черным карандашом. Ее правый бицепс покрывала тату в виде серебряной змеи, а серебряный дракон обвился вокруг левого.

— Ничего себе, — проговорила она с преувеличенным акцентом, который больше походил на алабамский, чем на южный. — Посмотрите, кто пришел. Лиам Куинн, блудный сын вернулся. — Она перевела свой взгляд на меня. — И малышка Святая Клэр, которая, как я понимаю, уже не такая уж и святая.

Я улыбнулась.

— Хочешь посмотреть, что я умею делать?

Она улыбнулась в ответ.

— Нет, если только ты не хочешь посмотреть, как работают мои наручники. Я все еще в деле.

Лиам проигнорировал перепалку.

— Блайт, мы можем войти?

— Зачем?

— Бруссард. Нам нужна информация.

Она какое-то время смотрела на него.

— За тобой следили?

— У тебя сложилось впечатление, что я забыл, как делать свою работу?

— Просто проверяю, — ответила она. — Девушки в наше время должны быть осторожны.

Она махнула нам, чтобы мы проходили, затем осмотрела коридор, прежде чем закрыть и запереть дверь.

Узкий коридор вел в маленькую гостиную. С другой стороны от входа была маленькая кухня, а коридор, который уходил влево, как я предположила, вел в спальню и ванную.

По стилю это была обычная квартира. Исходя из того, что я о ней на данный момент знаю, декор, казалось, полностью подходит Блайт: южный и послевоенный мотивы, рок-н-ролл, плюс беспорядок.

В гостиной находился мотоцикл, втиснутый рядом с изношенным двухместным диваном и креслом в стиле Людовика XV, обтянутым розовым бархатом. На стенах висели огромные картины, изображающие мужчин и женщин на вечеринке в саду, и практически все они были обнажены до пояса. И с ними иронично сочеталась разбросанная по всей комнате одежда Блайт — рубашки, нижнее белье, платья и брюки.

— Извините за беспорядок, — сказала она и обошла мотоцикл, чтобы присесть на круглую боковину дивана. — До недавнего времени я занималась развлекательными мероприятиями. — Она похотливо подмигнула, и я не знала, было ли это наигранно или это часть ее яркой личности. — Хотите чего-нибудь выпить?

— Нет, спасибо, — ответил Лиам.

— Ты убил Бруссарда?

— Я его не убивал.

— Я так и думала. Не твой стиль. Какая информация тебя интересует?

— Мне нужно знать, что случилось с моим ножом.

У с нее лица исчезли все эмоции.

— Каким ножом?

— С рукоятью из рога. Тем, что мне подарил брат. Как ни странно, он пропал однажды утром после твоего визита.

— Тогда, видимо, это был хороший визит.

Она оттолкнулась от дивана и направилась в кухню. Там она сполоснула стакан и наполнила его виски примерно с палец толщиной и осушила одним махом.

— Черт, — проговорила она, передернувшись. — Как-то рановато для выпивки.

— Нож, — подсказал Лиам.

Она подняла руки.

— Я не говорю, что взяла его. Но если я это и сделала, то у меня его больше нет. У меня был возлюбленный, отдала ему. — Она опустила стакан и посмотрела на Лиама. — Это был не очень хороший нож.

— Я знаю.

— С кем ты тогда встречалась? — спросила я.

— С одним восхитительным агентом по имени Лоренцо, — она погладила кухонную столешницу. — Мы тогда приятно провели время.

— Нам не нужны подробности, — сказал Лиам. — Его фамилия?

— Каваль. Лоренцо Каваль.

«Бинго».

— Полагаю, у него есть брат по имени Хавьер? — спросила я.

— Если быть точнее, это младший брат Лоренцо. — Она нахмурилась. — Почему ты спрашиваешь?

— Хавьер мертв.

Лиам сказал это достаточно серьезным голосом, но Блайт не поверила.

— Прекрати нести херню.

Но когда Лиам ничего ей на это не ответил, улыбка покинула ее лицо, и она деревянным от шока голосом сказала:

— Ты серьезно.

— Да, мы серьезно, — ответил Лиам. — Нашли его мертвым в убежище Сдерживающих. Судя по всему, он убил Бруссарда, а кто-то убил его.

— Господи, — проговорила Блайт и обернулась, облокотившись на шкаф и скрестив руки. — Я знала, что они во что-то ввязались, но не думала, что из-за этого их могут убить.

— Во что именно? — спросил Лиам.

— Понятия не имею, — ответила она и покачала головой, когда Лиам уставился на нее с угрозой во взгляде.

Блайт застонала, обернулась обратно к столешнице и налила себе еще одну порцию виски.

— Я не знаю. Моя работа — оставаться на стороне Сдерживающих. А не наоборот. Я получаю законное вознаграждение и никуда не лезу.