— Я хочу посмотреть на тот шкаф, что посмел испортить ваши изящные наряды, — скалится король Контрад, буквально облизывая фифу своим порочным взглядом — как недавно облизывал меня!

Эй! Стоп! Почему?!

В глазах девушки зажигается огонь понимания. Она следует за королем в коридор, мерно покачивая бедрами, а я, в числе оставшихся невест, провожаю их пару зачарованным взглядом.

Какой, к чертям, шкаф? Они там что, уединяться будут?!

Это же разврат в чистом виде! Караул! Тут съем полным ходом!!! Куда смотрит полиция Майами отдел нравов?!

Перевожу ничего не понимающий взгляд на Анвара, тот провожает короля таким пристальным взглядом, что мне становится не по себе.

Реально. Серпентарий. Только в качестве змей выступают не только девицы на выданье…

Тут, кажется, прям притон питонов.

— Полагаю, проблема леди в ближайшее время будет решена. Еще вопросы? — равнодушно спрашивает Архимаг.

— А как же официальное представление?.. Как же бал?.. Мы же должны были увидеться с его величеством только завтра… — мямлит одна из девиц, на глазах которой я с удивлением вижу слезы…

Слезы зависти.

Ладно, не удивляюсь.

— Могу поделиться с вами маленьким секретом… — спокойно произносит Анвар, окончательно добивая меня своим странным поведением, — Король очень не любит, когда кто-то наговаривает на него. В том числе — на то, что ему принадлежит.

— Но… — завистливая девица протягивает руку в сторону ушедшей пары.

— Хотите такой же аудиенции? — Архимаг удостаивает ее таким холодным взглядом, что всем разом становится не по себе.

Полагаю, ничем хорошим для девицы эта прогулка с королем не закончится…

Вот прям чувствую. И тем не менее — обставлено все было так, словно они ушли на внеплановое свидание!

— Развлекайтесь, леди, — откланивается Анвар, — и помните, что за вами следят.

Как знал, какую фразу сказать, чтоб все расслабились!

Уже отворачиваюсь от него, чтобы пойти пообщаться «по душам» с сестрицей, как Архимаг громко окликает меня.

— Леди Марьянелла! По поводу вашего гардероба, — и он жестом предлагает мне выйти в коридор.

Вот же… хитрый жук.

Приходится идти к нему.

Невесты провожают меня такими уничтожающими взглядами, что впору удавиться — но мне только весело. То ли еще будет! Это я еще свой план воплощать не начала!

— Что вы… — начинаю, было, как Анвар меня останавливает:

— Не здесь. Отойдем в кабинет, — и он открывает следующую дверь по коридору.

Мы входим в темное помещение. Жду, когда маг врубит свет/зажжет факелы/бросит какой-нибудь световой пульсар в воздух — и, кажется, жду напрасно.

Мага все устраивает.

— Как это понимать, Марьянелла? — своим фирменным, убивающим-холодом, голосом спрашивает он.

— Что именно? Мой гардероб? Его испортила Мерцелла, но я решила ее не закладывать, — спокойно отвечаю.

— Мне плевать на твои наряды, — рявкает Анвар, — я про голого начальника стражи в твоих покоях!

— О, об этом? — «искренне» изумляюсь, — А мастер Платьеццо обещал, что никому не расскажет…

— Марьянелла! — делает предупреждающий шаг ко мне русоволосый идеал, — Не шути со мной. Объясни, что он делал в твоих покоях совершенно обнаженный?!

— А ты сейчас о чем больше беспокоишься: о моей репутации или о своем поруганном достоинстве? — спрашиваю с интересом.

Его пылающие яростью очи меня как-то ни разу не пугают. Ничего, что я — невеста короля?.. Одна из пары десятков. К слову, я как в воду глядела: большинство из девиц — блондинки. И что-то мне подсказывает, что моду на белый цвет волос ввела ни разу не Мерцелла.

— Ты — участница отбора, — ровным голосом произносит Анвар, как-то разом успокоившись, — ты не имеешь права на ошибку.

— Это точно, — киваю глубокомысленно, — тогда объясни, какого рожна ты сейчас кидаешь тень на мое имя, ведя разговор тет-а-тет в темном пустом кабинете?

Тишина после моих слов прям звенит…

— Что такое «рожна»? — наконец, спрашивает Анвар.

Закатываю глаза. Хорошо отделался.

— Мне пора идти. А то меня, итак, недолюбливают за выходку кузины — а теперь еще будут думать, что я тут на привилегированном положении, — произношу, проходя к двери.

— Ты, итак, тут на привилегированном положении, — цедит русоволосый, — ты — любимица короля. Всегда ей была.

— Скажи это той девице, что сейчас дарит ему свои поцелуи в платяном шкафу, — отзываюсь равнодушно, про себя благодаря Архимага за болтливость.