— А почему — нет? — Контрад одаривает меня легкомысленным взглядом, — Не думаешь же ты, что все эти мифы начнут оживать из-за того, что кто-то займется любовью?..

И так он это сказаааал… что я чуток покраснела. Плохой, плохой король.

— Суть в том, что вся эта мишура, все эти «украшательства» придуманы для простого народа: любовь, невинность, редкий дар, дитя неба, две родственные души, у оборотней — обязательно при наличии истинной пары — и так далее… Все маги знают, что пророчества работают иначе, и наша с тобой задача — разобраться, как в данном случае поведет себя магия Сарамнии, и на что она вообще будет реагировать.

— Еще два вопроса, — тяну руку, придерживая простынь.

— Слушаю, обнаженная ты моя, — растягивает плотоядную улыбку на губах Контрад.

— Вы полагаете, что пророчество или тот механизм, что запустится при определенных обстоятельствах, — исправляюсь на ходу, — поможет вашему миру справиться со всеми проблемами?

— Я не настолько наивен, любопытная моя, — усмехается король, медленно приближаясь к моей постели, — но даже маленькое чудо способно отвлечь всех от своих невзгод. И Сарамнии необходимо это маленькое чудо. Оно даст мне время придумать выход из этого патового положения, в котором в данный момент пребывают все страны Сарамнии.

— А как я смогу отвлечь графа, учитывая вот это, — пальчиком осторожно трогаю королевский укус.

— То, что я тебя отметил, потеряет свое значение за пределами королевства… — Контрад мягко тянет за конец простыни, отчего мне приходится крепче прижимать к себе другой ее конец, — к примеру — в землях вампиров. Поэтому у графа все еще будет надежда, ведь я… — он тянет простынь чуть сильнее вынуждая меня тихонько передвигаться к нему на коленках, дабы не лишиться единственной защиты, — буду всем видом показывать, — тем временем продолжает Контрад, — как ты разочаровала меня своим выступлением…

— Мое выступление было почти шедевральным, — не соглашаюсь с его решением, — нам немного не хватило микрофона, колонок и сабвуфера, но для Сарамнии и так — верх изобретательности.

Прижимаю к себе простынь, вдруг осознав, что нахожусь слишком близко к коварному королю без души.

И вообще… откуда ему знать, что такое «микрофон»?.. Не говоря уж об остальном…

— Невероятно, — неожиданно произносит Контрад, проводя рукой по моим волосам, — то же лицо, те же губы, те же глаза — и совсем другая ты.

— Вы видели уже много версий Марьянелла-плюс, — замечаю, отчего-то вновь краснея.

— Но только ты вписалась в эту внешность настолько органично, что мне захотелось попробовать это тело на вкус, — произносит Контрад.

Тихонько сглатываю. На вкус? Это… как с губами было?..

Хороооош, чертяка!

— Не думаю, что пророчество запустится без главного ингредиента, — отвечаю тихо, глядя ему в глаза, — моей невинности.

— О, ты не невинна, моя коварная, — усмехается Контрад, поднимая мое лицо за подбородок, — Это тело, быть может, и не знало мужской ласки, но ты… — он склоняется ко мне, втягивая воздух около моей скулы и словно дегустируя мой запах, — впрочем, я уверен, что открою для тебя много нового — как только мы вдвоем окажемся в постели.

Жар опаляет щеки.

Серьезно, в какой момент моя эпопея опять стала напоминать порно-роман?!

— Думаю, вам пора, ваше величество, — произношу негромко, стараясь при этом звучать уверенно.

Король усмехается.

— До вечера, Марьянелла…

Как только за ним закрывается дверь, я падаю на кровать плашмя.

Странные, странные мысли…

Странные мысли лезут мне в голову.

К примеру… что для правителя без души в Сарамнии также припасен один из вариантов того самого пророчества… ведь его душа априори не сможет взлететь в небо — она отдана Повелителю Тьмы, господину Даркшадоу. А в случае, если мы с ним… то…

Ох ты ж е! Неужели я пытаюсь придумать способ впустить Контрада в свою спальню?!

Так сказать — легально?..

Кошмаааар.

Стоит мне одеться, привести себя в порядок и наметить план на остаток свободного времени до праздничного ужина (который включал в себя поход к Арбе и выяснение — кто такие эти Повелители Света и Тьмы в Сарамнии) и начать воплощать этот план в реальность, как судьба вновь делает свой ход.

Вот я открываю дверь своих покоев, вот выхожу в коридор, вот заворачиваю в сторону спальни брюнетки, и вот — попадаю в какую-то башню.

Блин! Я даже понять ничего не смогла! Как так получилось-то?!

И ладно бы я в какую-нибудь сомнительную комнату вошла, или, я не знаю, случайно наступила бы на странный клочок тьмы, застывший на полу посреди коридора! Но нет! Просто — раз! — и из дворцового коридора попала на лестницу незнакомого помещения, пахнущего плесенью.

Поднимаюсь наверх, обнаруживаю перед собой арку, прохожу под ней и обнаруживаю довольно просторный, но достаточно плохо освещенный зал. Зал, в центре которого стоял Анвар с распростертыми руками.